• Читателям
  • Авторам
  • Партнерам
  • Студентам
  • Библиотекам
  • Рекламодателям
  • Контакты
  • Язык: English version
259
Рубрика: Судьбы
Раздел: Биология
Мой АП

Мой АП

Имя советского археолога Героя Социалистического Труда академика А. П. Окладникова в 60—70-е гг. прошлого столетия было хорошо известно не только в нашей стране, но и далеко за ее пределами. Считаю, что мне в жизни крупно повезло. В Институте истории, филологии и философии СО АН СССР, который он основал в 1965 г., я проработал с ним 12 лет

АП

Из наших лет сплетаются века,
А из веков слагается эпоха.
Жизнь человеческая коротка,
В сравненьи с вечностью — невидимая кроха

Но в этой жизни каждый человек
Стремится след нетленный на земле оставить,
Прожить достойно свой короткий век,
И праведным трудом свои дела прославить.

Не всем Надежда светит свысока,
Не каждому и Счастье улыбнется.
Лишь тот, кто Будущее видит сквозь века,
В своей эпохе Гением зовется…

Вы к Прошлому заветный ключ нашли,
И в глубь веков маршруты проложили,
Чтоб мы по вашим вехам к цели шли,
И в Прошлом Будущее находили.

2008 г.

Посвящаю 100-летию со дня рождения моего учителя академика А. П. Окладникова

1970 г. Настроение великолепное!

В экспедиционных отрядах, руководимых непосредственно им, мне посчастливилось побывать на многих археологических памятниках, ставших впоследствии классикой археологической науки. Горы и плоскогорья, степи и лесостепи, равнины и низменности Алтая, Западной и Восточной Сибири, Забайкалья и Прибайкалья, необозримые просторы Дальнего Востока - везде побывал Алексей Павлович, везде находил новые археологические памятники, раздвигая своими исследованиями историю Сибири и Дальнего Востока вширь и вглубь.

1970 г. Дальний Восток. Приморье. Медвежья сопка, раскопки неолитического поселения. Очень интересная находка

За глаза между собой все сотрудники нашего Института звали его просто А. П.

1971 г. Монголия, пустыня Гоби. В поисках стоянок человека древнекаменного века. На заднем плане студент 5-го курса МГУ Д. Цэвээндорж, будущий директор Института археологии Академии наук Монголии

В конце 60—70-х гг. по велению своей беспокойной «бродяжьей» души в любое время года он мог «сорваться» в поле, «сколотив» небольшой мобильный отряд. И все мы, кому выпадало счастье быть рядом с ним, уезжая «ненадолго, недельки на две в разведку», нередко возвращались домой поздней осенью, а иногда и с началом зимы. Экспедиционная жизнь в те годы была, по выражению А П, «по-суворовски спартанской и по-солдатски простой». В экспедицию можно было уехать в тот же день, оформив командировку за полчаса и собрав немудреные пожитки. В поле жили по 5—6 человек в одной палатке, спали в мешках, часто просто на земле на голом брезенте или на травяной подстилке, покрытой брезентом. Готовили быстро и просто на костре или паяльной лампе, питались под открытым небом. Иногда, когда были «увлечены работой», перебивались «чайчиком».

Слева вверху: 1971 г. Осень, Дальний Восток. Амурская область, Комсомольский район, село Кондон, раскопки неолитического жилища. С местной красавицей – потомком знаменитой «Кондонской Нефертити». Слева внизу: 1971 г. Осень. Дальний Восток, р. Амур, с. Сакачи-Алян, неолитические петроглифы на речных валунах. Лекция для нанайской девочки о наскальных рисунках. Справа: Кондонская Нефертити (Венера). 5 тыс. лет до н. э.

«… Еще в Нижнеудинске дошли до нас несколько сбивчивые рассказы о чудаке и оригинале – сельском учителе.
О единственном человеке, который может что-то сказать о петроглифах на Уде, даже имеет фотографии и рисунки, бывал в тамошних пещерах. … Как стало видно сразу же, человек этот из тех, кто давно и навсегда охвачен чистой страстью к научным приключениям и открытиям… Пусть таких людей не понимают даже близкие. Пусть их увлечения идут во вред жизненному благополучию, домашнему уюту и спокойствию. Но они сверкают как камень-самоцвет на фоне повседневных дел и забот своими «чудачествами», своим непонятным для других и непрерывным беспокойством и душевным подъемом. И ничто уже не сможет свернуть их с этого пути. Таков был и этот человек с удивительной, такой же неожиданной, как он сам, фамилией – Пугачев!» (А. П. Окладников, Открытие Сибири)

В поле АП был неутомим и каждую минуту в дей­ствии. Вставал раньше всех и того, кто оказывался ближе, будил, ласково приговаривая: «Вставай, милый, смотри, какое утро чудесное. Так можно всю манну небесную проспать. Возьми лопатку. Пойдем до завтрака покопаем». Если замечал, что кто-то «снизил темп и замечтался», быстро находил для него подходящее занятие. Жизнь вокруг него кипела, бурлила, била ключом, гудела водоворотами. Он был в постоянном поиске. Ходил – руки за спину, нагнувшись вперед, поглядывая себе под ноги и обозревая окрестности, отыскивая на земле ведомые только ему следы далекого прошлого. Наравне со всеми копал лопатой, мастерски зачищал стенки раскопа совком и ножом, выявляя стратиграфию. Найденный предмет осторожно «проявлял» кисточкой, внимательно изучал, рисовал и описывал в большом полевом дневнике – общей тетради. Когда было найдено много каменных артефактов (например, в Монголии – десятки тысяч), заставлял рисовать всех, учил этому ремеслу даже водителей. Самые ценные находки рисовал сам и доверял тому, кто в совершенстве овладел техникой передачи особенностей фактуры артефакта.

Слева: 1972 г. Институт истории, филологии и философии СО АН СССР. У бронзового бюста своего «приемного неандертальского ребенка». Справа: 16 марта 1950 г. Тешик-Таш. Вырезка из газеты «Вечерний Ленинград», рассказывающая о находке неандертальского человека в горах Узбекистана А. П. Окладниковым

1973 г. МНР. Бодак – праздник «козлодрание» в честь великого гостя

«… В феврале 1974 г. в село Худоелань, где я работал учителем, совсем неожиданно приехал известный ученый-археолог А. П. Окладников. В беседе он объяснил причину своего визита ко мне. В начале 1973 г. он прочел мою статью о Ярминских рисунках, написанную мною еще в 1965 г. Газету с этой статьей ему передал В. И. Рассадин – ученый-филолог. Изучающий тофский язык, он часто бывал в Тофаларии, и там мы с ним познакомились и подружились.
А. П. Окладников командировал этим же летом в Нижнеудинск кандидата исторических наук А. Мазина, чтобы он скопировал рисунки и узнал, когда сюда можно организовать экспедицию. Он сделал все намеченное и выяснил, что до Ярмы можно добраться только зимой по льду реки Уды. И уже в начале следующего года А. П. Окладников осуществляет зимнюю экспедицию в Нижнеудинск к Ярминским петроглифам. А после ее завершения приезжает в Худоелань.
После первых минут знакомства Алексей Павлович сразу расположил к себе своей мягкостью в обращении, уважительным, бережным отношением к людям. Вначале он рассказал о своей работе, о своей поездке к Ярминским порогам, одобрительно отозвался о значении нашего открытия, а когда узнал, что в школе работает краеведческий кружок, то предложил организовать летом в долину реки Уды экспедицию – поискать еще наскальные рисунки, может быть даже древние стоянки. Я, конечно, согласился, тем более что Алексей Павлович обещал консультировать нас и дать методику поиска археологических объектов.
… Эта встреча была для меня особенно памятной. Как много я узнал нового об археологии, о наскальной живописи! А. П. Окладников рассказал о технике исполнения петроглифов древними художниками-охотниками и объяснил, какой смысл, какой мир идей и символов вкладывал древний художник в свои рисунки. Но самое главное: встреча заставила меня по-новому осмыслить значение моей поисковой устремленности, моей деятельности, на первый взгляд, никому не нужной; она вдохнула новые силы в интерес к окружающему миру, который уже стал постепенно затухать». (из воспоминаний М. И. Пуга­чева)

Насколько мне тогда виделось, АП был прост в общении, открыт и доступен всем. Его интересовали жизнь и быт каждого члена отряда. Он был одинаков и ровен со всеми и находил общий язык со школьниками и учителями, студентами и корифеями науки, пастухами и секретарями обкомов, пограничниками и солдатами, летчиками и моряками, рабочими и крестьянами. Все мы считали это человеческое качество АП обычным, само собой разумеющимся: большой ученый должен быть и большим человеком. Одевался в поле он очень просто: темно-синий или черный костюм рабочего-монтажника, хромовые сапоги, старая шляпа или кепочка с длинным козырьком. Знакомые и близкие называли его «академик в сапогах».

1974 г. Славное море – Священный Байкал. Бухта Саган-Заба, скала с древними рисунками. Слева направо стоят: водитель А. И. Логинов, аспирант Ю. П. Холюшкин, кинооператор студии ЗапСибКинохроника В. И. Пономарев, академик А. П. Окладников, начальник отряда м.н.с. И. В. Асеев, сидит старший лаборант В. П. Мыльников

1974 г. Озеро Байкал. Бухта Саган-Заба, древние рисунки на скале

«Не будет преувеличением сказать, что это окно в исчезнувший мир, через которое можно увидеть древнюю культуру человека в самых сокровенных и интимных ее проявлениях. Неудивительно поэтому, что к петроглифам постоянно обращались и обращаются все, кто хочет заглянуть как бы в самую душу древнего человека, понять его мировоззрение, его искусство – эстетические представления и этические нормы, его взгляды на себя самого и на окружающий мир – Вселенную», – писал в одной из своих работ о значении древней живописи А. П. Окладников

За долгую жизнь у А П было много учеников и последователей, которые в разное время работали бок о бок с ним и учились премудростям жизни и археологии. Каждый из них может рассказать очень многое и нарисовать яркими красками свой портрет учителя. Я один из тех, кто последние 12 лет его жизни почти ежедневно общался с ним и в поле, и дома. Иногда с помощью фотоаппарата пытался остановить мгновение, запечатлеть на пленку и сохранить для истории застывшие изображения ученого и человека – Алексея Павловича Окладникова. Фотографировать его было очень сложно. Когда он замечал направленный на него объектив фотокамеры, тут же махал рукой и говорил: «Вовик, не порти пленку». Так что мгновения эти были редки…

Февраль, 1975 г. Открытие Сибири. «Нижнеудинская эпопея». Богатырские пещеры. Рисунки на скалах. Герои зимней экспедиции: слева направо первый ряд: два водителя райкома КПСС, А. К. Конопацкий, А. И. Мазин; второй ряд: секретарь райкома В. Сенников, В. И. Молодин, А. П. Окладников, проводник «дядя Костя»

Февраль, 1975 г. Открытие Сибири. «Нижнеудинская эпопея». Богатырские пещеры. Изучать петроглифы – любимая работа

Каким получился мой АП – судите сами.

1978 г. Монголия. Чулутын-Гол. Какое счастье находить что-то новое на старых скалах (слева). Калькирование петроглифов (справа)

1976 г. Иркутская область. Верховья р. Лена. Шишкинские скалы. «Здесь начиналась моя археология» (слева). С местными ребятишками-краеведами (справа). «Кто знает, а вдруг из них вырастет второй Окладников?»

В публикации использованы фото из архива В. П. Мыльникова и материалы из Санкт-Петербургского филиала Архива РАН

Понравилось? Поделись с друзьями!

Подпишись на еженедельную e-mail рассылку!

comments powered by HyperComments
#
д.и.н.
главный научный сотрудник, заведующий отделом, преподаватель кафедры археологии и этнографии ГФ НГУ

Институт археологии и этнографии СО РАН