• Читателям
  • Авторам
  • Партнерам
  • Студентам
  • Библиотекам
  • Рекламодателям
  • Контакты
  • Язык: English version

Зураб Силагадзе: о физике и физиках

3668

Любовная история на фоне водородной бомбы

К. Е. Филипчук, З. К. Силагадзе

Физику создают человеческие существа со всеми слабостями человеческой природы. Эта история привлекла наше внимание, поскольку она демонстрирует, насколько хрупкой является человеческая судьба, и даже гений не может обрести свободу и сохранить человеческое достоинство в условиях тоталитарного государства

67150d7288569549c22a2b7dd502a629.jpg

Шалва Кикодзе Поцелуй II. Серия "Из жизни кукол". 1920 г.

«Неверно, будто в истории человечества гениальная идея значила больше, нежели острие штыка или гаубичный снаряд. Могущественные полководцы и деспоты сгибали в бараний рог величайших гениев своего времени; и темные инстинкты решали исход дела гораздо быстрее, чем самые очевидные истины...» – так говорил персонаж романа «Похищение луны» грузинского писателя Константине Гамсахурдия.

Трогательная история, о которой мы узнали из дневника замечательного физика Михаила Шифмана, добавляет еще один штрих в картине о том, как в прошлом веке величайший деспот Сталин согнул в бараний рог целую страну. Если бы не захотел он иметь водородную бомбу, чтобы согнуть в бараний рог и весь остальной мир, не было бы этой историй. Но начнем издалека.

1969 год, Москва, большой прием в честь приезда президента ЧССР Людвига Свободы. Миловидная женщина, приглашенная на прием, не­много опоздав, проходит вглубь зала и оказывается рядом с генеральным секретарем Брежневым. Людвиг Свобода, беседовавший с маршалом Коневым, бросает его, подбегает к женщине, обнимает ее, целует и спрашивает: «Дочь наша?». «Нет, – отвечает женщина, – моя».

Ее звали Ольга. Их пути с будущим президентом Чехословакии пересеклись в 1942 году во время формирования чешской армии. В ту пору тридцатилетняя Ольга по своим же словам была глупа, наивна и уверена в непогрешимости советской власти. Поэтому, когда ей предложили информировать органы о настроениях чехов, общения с которыми она не скрывала, она согласилась полная патриотического энтузиазма. Ей грезилось, что она будет раскрывать шпионские заговоры. Ее муж, работавший на Лубянке, занимался этим еще до войны. Иногда после вечеринок, на которых они с мужем бывали, кого-то из присутствовавших арестовывали. Тогда Ольга не придавала этому значения и только позже узнала, что к чему.

Никаких шпионских заговоров Ольга, конечно, не раскрыла. Может, потому что в отличие от мужа она не умела кривить душой. Вместо этого у нее начался роман с Людвигом Свободой. Это была настоящая любовь. Спустя много лет она напишет, что ей кажется, что они с Людвигом были половинками друг друга.

Они расстались через год, когда чехов отправили на фронт. На прощание Людвиг говорил ей: «Олюша, поверь, ты у меня одна. Скоро я вернусь за тобой с победой, и мы будем вместе! Милая моя, дорогая, только ты меня не забудь. Кроме тебя мне никто не нужен.»

Но наш рассказ не об этой любви. Любовных романов у Ольги было много. Она была обычным человеком, а не ангелом, впрочем, как и герои ее романов. Многие в то бурное время влюблялись и расставались... И нравы после революции были свободные.

Маму будущего секретного физика Яника (так будет звать его Ольга), выпускницу филологического факультета Парижского Университета Сорбонна, страшно шокировало, что ее сын водил свою первую любовь в свою комнату через столовую, никого не стесняясь. Яник и Ольга встретятся через много лет в Арзамасе-16, в секретном атомном центре в Горьковской области, где разрабатывалось термоядерное оружие. Но чтобы эта встреча состоялась, судьба еще должна была сплести свои хитроумные узоры.

5e0d021c6c1972bf7711de386bdbe38f.jpg

Яков Борисович Зельдович был выдающийся советский физик. Ему принадлежат фундаментальные работы в области физической химии, теории элементарных частиц, ядерной физики, астрофизики и космологии. Он один из основателей современной теории горения, детонации и ударных волн. Зельдович внес выдающийся вклад во многие области науки и техники, в укрепление обороны страны. Лев Ландау про него говорил: «Ни один физик, исключая Ферми, не обладал таким, богатством новых идей, как Зельдович», а руководитель советского атомного проекта Игорь Курчатов просто считал его гением. Более подробно о нем можно прочитать в книге Яков Борисович Зельдович (воспоминания, письма, документы) / Под. ред С. С. Герштейна и Р. А. Сюняева.

Кураторы Ольги в органах были недовольны и решили ее напугать. Незадолго до отправки эшелона чехов на фронт к Ольге подошел ее куратор Виктор Иванович и попросил следовать за ним. «Вместо того, чтобы нам помочь, вы спутали все карты. У меня лежит ордер на ваш арест. Вот вы идете с хлебом домой, а ваш сын его не дождется, его заберут в детский дом. Он теперь сирота!», – сказал он. Но Ольгу арестовали не тогда, а через несколько лет. Она имела неосторожность в разговоре с подругой назвать Сталина властолюбивым и жестоким. Через некоторое время подругу арестовали, а потом и Ольгу. Пять лет лагерей за антисоветскую агитацию. На очной ставке ее подруга подтвердила, что Ольга, действительно, называла Сталина властолюбивым и жестоким. А когда ее саму в течение шести дней допрашивали ночи напролет, не давая спать, Ольга подписала все, что от нее требовали. Тогда она поняла и простила подругу.

К счастью, в прежней, до-лагерной жизни она успела получить образование и стала хорошим архитектором. В Советском Союзе тогда широко применялся труд заключенных на таких масштабных проектах, как атомный. Так она оказалась в секретном городе Арзамасе-16, где для нее нашлась работа.  Сначала Ольга проектировала пятиэтажный жилой дом, потом отделывала коттеджи для начальства и физиков-ядерщиков.

Путь Яника в Арзамас-16 был другой. В 1946 году в США по инициативе Теллера был организован секретный семинар по проблемам создания водородной бомбы. Об этом сразу стало известно советскому руководству, так как на семинаре присутствовал Клаус Фукс, который передавал атомные секреты советской разведке. Для создания водородной бомбы советское правительство мобилизовало почти весь математический потенциал Академии Наук. Молодой и талантливый физик Яник тогда заведовал теоретическим отделом института химической физики, и ему поручили координировать работу по расчету водородной бомбы. Так он оказался в Арзамасе-16. По воспоминаниям А.Д. Сахарова, Арзамас-16, это странное порождение эпохи, «представлял собой некий симбиоз из сверхсовременного научно-исследовательского института, опытных заводов, испытательных полигонов – и большого лагеря... Руками заключенных строились заводы, испытательные площадки, дороги, жилые дома для будущих сотрудников. Сами же они жили в бараках и ходили на работу под конвоем в сопровождении овчарок.»

Сначала на объекте, охватывающем огромную территорию со сплошной оградой из колючей проволоки, про который жители окрестных нищих деревень думали, что там устроили "пробный коммунизм", работали заключенные с очень большими сроками. Наверное, чтобы они после освобождения не могли никому рассказать об объекте. Но однажды около пятидесяти заключенных устроили настоящее восстание и погибли в неравном бою с дивизиями НКВД. После этого к работам на объекте стали привлекать только заключенных с малыми сроками, которым было что терять. Освободившихся ссылали на вечное поселение в Магадан или в другие подобные места, где они никому ничего не могли рассказать.

ba8c82ea1a1a43a390ea790d901298dc.jpg

Музей ядерного оружия ВНИИЭФ в Сарове. Слева направо: первые отечественные атомная (1949) и серийная атомная (1953, сверху) бомбы, первая в мире водородная (термоядерная) бомба (1953), артиллерийский снаряд с ядерным зарядом (1956)

Вот так встретились Ольга и Яник в Арзамасе-16. Начало их романа было экстравагантным. После знакомства Яник предложил Ольге прокатиться на мотоцикле. Но катались они недолго, мотоцикл зафыркал и встал на проселочной дороге. Яник посмотрел на часы, спрыгнул с мотоцикла и убежал, оставив Ольгу среди стада коров. Через несколько дней Яник вернулся и снова стал ухаживать за Ольгой, будто ничего не случилось. Яник говорил Ольге, что он, как Дюймовочка (он был ниже Ольги ростом), хочет отогреть сердце замерзшей ласточки, такой большой и красивой.

И сердце ласточки растаяло. В теплые летние вечера они ходили к речке смотреть, как бобры спиливают деревья и устраивают плотины. Они качались на перекинутой над рекой березе. Пили водку с апельсиновым соком чтобы согреться, а когда березка подвела, они свалились в воду. Ольга и Яник всюду появлялись вместе.

Яник хотел ребенка, и Ольга забеременела. И казалось все шло хорошо. После успешного испытания атомной бомбы Яник получил звание героя. Сталин ему подарил дачу под Москвой. Они получили разрешение и забрали к себе сына Ольги от первого брака. У них был свои дом, где они жили вместе. Ласточка потихоньку стала расправлять крылья.

Однажды, когда Яник в очередной раз уехал в Москву, Ольгу вызвал начальник МВД объекта Шутов и предложил сотрудничать, т.е. стать стукачом. Ольга отказалась. «Подумайте, у вас должен быть ребенок, а ведь мы можем вас отправить туда, куда Макар телят не гонял. То, что вы пережили, – это цветочки», – сказал Шутов.

Вечером, ложась спать, Ольга думала, что должна согласиться ради ребенка. Но утром поняла, что не сможет одолеть сделку с совестью. Ее арестовали и через два дня отправили туда «куда Макар телят не гонял». За два дня, в течение которых она оставалась в зоне никто кроме сына ее не навестил. Все боялись. Впрочем, Яник никогда не выступал против советской системы и относился к ее нечеловеческой мощи, скорее всего, с трепетным восхищением. По крайнее мере, именно так вспоминал Яник, по воспоминаниям Сахарова [2], свой ужин с начальником ГБ советской зоны оккупации Германии в 1945 году, на который его пригласили во время его командировки в Пенемюнде. Целью командировки было ознакомление с немецкими работами по баллистической ракете Фау-2.

Вскоре Божья кара настигает Шутова: его единственную дочь, писаную красавицу, убивает молния, а его самого увольняют с работы. Но дьявольская карусель в судьбе Ольги уже запущена. В январе 1951 года в Богом забытом уголке земли, в тысяче километров от Магадана, в семидесятиградусный мороз Ольга рожает дочку. В поселке медпункта не было. Ольге помогала соседка, жена бандита Лешки, которая когда-то работала в медсанчасти.

Яник был в курсе этих дел. Он, хоть не навестил Ольгу на зоне, но деньги у Сахарова занял и ей передал. А потом старался облегчить ее участь. Он рассказывал Сахарову, что в доме, где рожала Ольга, пол на несколько сантиметров был покрыт льдом. Через двадцать лет Яник познакомил Сахарова со своей родившейся в Магадане дочерью на научной конференции в Киеве. Сахаров вспоминает, что Яник мечтал когда-нибудь свести вместе своих детей. А их у него было шестеро, от разных женщин.

И снова Ольгу спасает ее специальность. Ее переводят в Вытегру (город в Вологодской области, около Онежского озера) в проектную группу, и она попадает в приветливый и доброжелательный коллектив. В 1952 году она поехала в Москву и встретила Яника. Только тогда она узнает, что он женат, давно женат, еще с 1937 года. О продолжении отношений с женатым мужчиной не могло быть и речи.

Ольга дожила до 2000 года, пережив и Сталина, и Яника, и даже Советский Союз, великую и страшную страну, которая вдруг растворилась, как дым в летный день. Все вышеприведенное мы почерпнули из воспоминаний Ольги.

Осталось открыть карты. Если кто еще не догадался, секретный физик Яник – это Яков Борисович Зельдович, талантливейший физик уровня Ландау. Известный английский физик Хокинг как-то про него написал, что до встречи с ним он думал, что Зельдович – это собирательное имя целой группы, а не реальный человек: так многочисленны и разнообразны были его научные работы.

Да, он был гением в физике, но любовная история с Ольгой обнажает его человеческое измерение. Нельзя сказать, что Зельдович был совсем уж трусом. Когда Сахаров был в опале, и его лишили всех наград, на международном конгрессе Зельдович попросил Грищука задать ему после доклада вопрос: «Яков Борисович, почему Вы на пленарном заседании сидели со звездами Героя, а сюда пришли уже без них?», объяснив свою просьбу тем, что подготовил шутку. Вопрос был задан, и Яков Борисович ответил: «Я не надел своих наград по той причине, что тут присутствует человек, который больше меня их достоин, но который носить их пока не может», выражая в такой зашифрованной форме свой протест против лишения Сахарова заслуженных им наград.

Но Зельдович был очень осторожным человеком и открыто Сахарова не поддерживал, хотя очень уважал его как физика. Комберг приводит забавный случай. Однажды Андрей Дмитриевич рассказывал в отделе Зельдовича свою работу о многолистной Вселенной, иллюстрируя свой рассказ склеенными из листов бумаги моделями. После доклада Яков Борисович попросил окружающих ненужную газету. Все подумали, что он сам вырежет из газеты свой вариант многолистного мира. Вместо этого Зельдович, постелив газету возле ног удивленного Сахарова, театрально встал на колени перед ним и произнес: «Андрей Дмитриевич! Ну, бросьте Вы заниматься этой ерундой. Ведь есть очень важные в космологии проблемы, которые кроме Вас никто не сможет решить. Ну, займитесь хотя бы квантовой гравитацией».

Да, человеческое измерение великих людей не всегда так безупречно, как иногда рисует наше воображение, и, возможно, некоторые ревнивые радетели чужой нравственности осудят Яника. Но будет лучше, если мы просто будем ценить нашу сегодняшнюю относительную свободу и будем помнить, что «свобода никогда не находится более чем в одном поколении от вымирания» (Рональд Рейган, экс-президента США). Иначе нас снова согнут в бараний рог, и будем бояться навестить беременную любимую женщину, которую отправляют на край земли, туда, куда Макар телят не гонял за мнимые прегрешения.

Блог Зураба Силагадзе «О физике и физиках»
comments powered by HyperComments