• Читателям
  • Авторам
  • Партнерам
  • Студентам
  • Библиотекам
  • Рекламодателям
  • Контакты
  • Язык: English version
4960
Рубрика: История науки
Раздел: История
«Энциклопедия» и Россия. К 300-летию со дня рождения Дени Дидро

«Энциклопедия» и Россия. К 300-летию со дня рождения Дени Дидро

В 2013 г. отмечается 300-летие со дня рождения знаменитого французского писателя и философа-просветителя Д. Дидро. Для широкого российского читателя Дидро в первую очередь известен как главный редактор знаменитой «Энциклопедии, или толкового словаря наук, искусств и ремесел», одного из крупнейших справочных изданий XVIII в. В гуманитарных исследованиях неоднократно обсуждалась роль русской императрицы Екатерины II в успешном завершении этого грандиозного проекта, однако архивные документы свидетельствуют о более ранних и глубоких связях его участников с Россией.

Примечательно, что после завершения основных работ над «Энциклопедией» во Франции Дидро загорелся мыслью переиздать ее, существенно дополнив, в России, но этим планам так и не удалось осуществиться. Среди причин неудачи можно назвать недостаточную финансовую обоснованность проекта, поскольку многотомное дорогостоящее русское издание на французском языке не собрало бы в России достаточное число подписчиков, а также вряд ли выдержало бы конкуренцию на западноевропейском рынке. Публикация «Энциклопедии» неминуемо привела бы, помимо финансового краха, к снижению объемов светского книгопечатания на русском языке, учитывая полиграфические возможности отечественных типографий того времени

Портрет Дени Дидро. Гравюра с оригинала Ванлоо. Российская национальная библиотека В научной литературе неоднократно высказывалась мысль, что издание знаменитой просветительской «Энциклопедии, или толкового словаря наук, искусств и ремесел»* в 1760—1770-х гг. поддерживалось русским правительством. Хорошо известно, что Екатерина II через девять дней после восшествия на престол предложила завершить печатание «Энциклопедии» в Риге или каком-либо другом городе Российской империи, поскольку по приговору Парижского парламента в 1759 г. издание «Энциклопедии» должно было быть запрещено, а вышедшие тома – уничтожены.

Д. Дидро, редактор запрещенного во Франции издания, отказался от предложения русской царицы, но справедливо расценил его как «здоровую пощечину» врагам «Энциклопедии» (Коробочко, 1975). Большое значение для успешного завершения основного труда западноевропейских просветителей имела и философская переписка Екатерины II, а также приобретение царицей в 1765 г. библиотеки Дидро.

Необычные условия этой покупки сразу же попали на страницы зарубежной периодики. «Через 5 месяцев все сомнения, которые так или иначе тормозили распространение последних десяти томов «Энциклопедии», были сняты, и сам Сартин [Один из высших сановников французского правительства второй половины XVIII в., покровитель «Энциклопедии» – Н. К.] следил за успешным ходом торговли. Позволительно предположить, что между этими событиями было более чем простое совпадение», – отметил французский исследователь Ж. Пруст (Proust, 1962, p. 76).

БИБЛИОТЕКА ДИДРО Слева: титульный разворот книги из библиотеки Д. Дидро «Басни, сказки, послания» с дарственной надписью автора, аббата Лё Монье (Le Monnier, Abbé Guillaume-Antoine. Fables, Contes et Epitres. Paris, 1773).Справа: Титульный разворот поэтического сборника Жана-Мишеля Седена, известного французского драматурга (Sedaine J.-M. Recueil de poesies, A Londres, Paris, 1760). Российская национальная библиотека
Одной из первых культурных манифестаций Екатерины II после ее восхождения на русский трон была покупка в апреле 1765 г. библиотеки Дени Дидро, состоявшей из трех тысяч книг. Условия покупки, состоявшейся при посредничестве князя Д. А.Голицына, были беспрецедентны: редактор «Энциклопедии» получил 15 тыс. ливров наличными и ежегодную пенсию в 1 тыс. ливров, причем книги оставались в его распоряжении до конца жизни. Дидро становился, таким образом, личным библиотекарем российской императрицы, причем в том же 1765 г. ему было выплачено 50 тыс. ливров пенсии на 50 лет вперед. Щедрость Екатерины II привела в восторг французских энциклопедистов и принесла ей лавры покровительницы философов. В мае 1779 г. Дидро получил от Екатерины еще 10 тыс. ливров, а в 1784 г. она наняла ему специальную квартиру на улице Ришелье. После смерти Дени Дидро 31 июля 1784 г. Екатерина постаралась перевезти в Россию не только его библиотеку, но и коллекцию рукописей, о чем она вела отдельные переговоры с дочерью Дидро, а также Мельхиором Гриммом. В ноябре 1785 г. вся библиотека и рукописи Дидро были доставлены в Петербург, и размещены рядом с библиотекой Вольтера. На протяжении оставшейся части XVIII в. библиотека Дидро являлась частью личной библиотеки Екатерины II, одной из достопримечательностей Петербурга, охотно демонстрировавшейся зарубежным путешественникам и дипломатам. После смерти Екатерины II библиотека Дидро, составлявшая единое целое с комнатной библиотекой усопшей императрицы, разделила ее судьбу и была фактически изгнана из Зимнего Дворца в момент переезда туда нового императора, Павла I. Своеобразная опала книжного собрания была снята лишь при Александре I, поставившем целью полностью восстановить библиотеку своей бабушки. Однако этот проект не был реализован и библиотека Дидро не была восстановлена как отдельное книжное собрание с отдельным каталогом. Этот факт значительно затруднил все попытки, предпринимавшиеся позднее по реконструкции библиотеки Дидро. И лишь во второй половине XX в. В. С Люблинскому и A. Wilson’у удалось сделать первые шаги в нужном направлении. В недавнее время эти труды были продолжены Л. Л. Альбиной, А. А. Полякиной, Н. А. Копаневым, С. Королевым. Н. А. Копанев, в частности, обратил внимание на сангинные номера, которые были проставлены на книгах так называемой «комнатной» библиотеки Екатерины II, к которой относилась и библиотека Дидро. Благодаря ряду библиотечных признаков в настоящее время в Российской национальной библиотеке удалось найти большое число книг, принадлежавших в свое время великому французскому энциклопедисту

Более того, после завершения основных работ над «Энциклопедией» во Франции Дидро загорелся мыслью переиздать ее в России, существенно дополнив. Во время своего визита в Петербург в 1774 г. в беседах с Екатериной II и ее личным секретарем И. И. Бецким он доказывал прибыльность такого предприятия и пытался внушить, что оно принесет русской императрице всеевропейскую славу. Дидро изложил свои предложения в виде проекта, который был даже утвержден Екатериной II. Однако в конце концов это издание так и не состоялось.

ПРОЕКТ НЕ ДЛЯ РОССИИ Имеются различные мнения о причинах неудачи идеи Д. Дидро относительно издания «Энциклопедии» в России. Д. Ланг утверждал, что издание «не состоялось из-за восстания Пугачева, войны с Турцией и из-за финансовых затруднений» (Lang, 1952, p. 64). А. И. Молок был склонен обвинять в неудаче издания И. И. Бецкого, «нерешительного генерала», который, по мнению исследователя, только и делал, что «колебался и медлил» (Молок, 1947). В. И. Люблинский, а за ним и А. И. Коробочко считали, что Екатерина II уже в 1770-х гг. поняла, какую опасность представляла «Энциклопедия» для абсолютистского государства.
Как видно, никто из исследователей не предполагал, что причиной этой неудачи могло быть несовершенство самого проекта. Между тем давно установлено, что редактор «Энциклопедии» ничуть не походил на Вольтера, который наряду со своей просветительской деятельностью успешно занимался торгово-промышленными и финансовыми делами. Проект переиздания «Энциклопедии» в России, предложенный Дидро, имел, на наш взгляд, несколько существенных недостатков, которые могли бы заставить «колебаться и медлить» не только Бецкого.
Так, Дидро не принял во внимание, что многотомная дорогостоящая «Энциклопедия» на французском языке собрала бы в России лишь несколько десятков, от силы две-три сотни подписчиков. Крайне смело было также рассчитывать, что русское издание «Энциклопедии» могло бы выдержать конкуренцию на западноевропейском рынке. Очевидно, что никакая зарубежная (французская, немецкая или голландская) фирма не стала бы делиться прибылью, которую сулило подобное предприятие, – в данном случае не помогли бы и никакие привилегии со стороны русской императрицы.
Дидро не учел и ограниченность полиграфических возможностей русских типографий того времени. К примеру, издание «Энциклопедии» на французском языке могло бы на много лет, если не на десятилетие, полностью загрузить Академическую типографию, т. е. занять более половины всех мощностей гражданского книгопечатания в России. Можно предположить, что если бы проект Дидро был принят и исполнен, он не только обернулся бы финансовым крахом, но и неотвратимо привел бы к снижению объемов светского книгопечатания на русском языке

Все это свидетельствует, что екатерининское время ознаменовалось значительным сближением «энциклопедистов» с Россией, и что моральная, а зачастую и материальная поддержка русской царицы способствовала успеху издания, которое Вольтер в письме Д’Аламберу от 9 декабря 1755 г. назвал «самым великим и самым прекрасным памятником французской нации и французской литературы» (Voltaire’s Correspondence, 1957, N 5954).

«Сыскать Лексикон универсалис, в котором есть все художества…»

Не следует, однако, считать, что именно ко времени воцарения Екатерины II относятся первые шаги во взаимоотношениях России с западноевропейским просветительским движением. Энциклопедизм как культурное движение возник в России еще в Петровскую эпоху, подтверждением чему может послужить «российская история» самой «Энциклопедии».

Начнем с того, что именно Петр I первым из русских обратил внимание на будущую «Энциклопедию, или толковый словарь наук, искусств и ремесел». Как это могло произойти? Общеизвестно, что по первоначальному замыслу компании «Объединенных издателей» (Бриассон и два его компаньона – издатели Лебретон и Давид-старший) «Энциклопедия» должна была представлять не что иное, как перевод двух капитальных многотомных английских универсальных словарей Э. Чемберса и И. Харриса**, которые пользовались большим успехом у публики в первом сорокалетии XVIII в. Договор, заключенный издателями «Энциклопедии» в октябре 1745 г., был именно договором «об издании Словаря искусств и наук Чемберса и Харриса во французском переводе» (May, 1938, p.15). И Дидро в 1747 г. был привлечен к работе над «Энциклопедией» не в последнюю очередь потому, что он отлично переводил с английского языка. Лишь в дальнейшем благодаря неуемной работоспособности и таланту великого просветителя и коммерческим интересам издателей проект «Энциклопедии» был расширен, и вместо предполагавшегося сначала перевода в пяти томах возник замысел дополненного 10-томного, а потом и 38-томного издания.

Портрет Джона Харриса (John Harris, 1666—1719), английского теолога и ученого, составителя «Технологического словаря». («Lexicon Technicum»). Гравюра Дж.Уайта по рисунку Р. Уайта. Титульный лист «Технологического словаря, или Всеобщего словаря наук и ремесел» («Lexicon Technicum: or, an Universal English Dictionary of Arts and Sciences». London, 1708). Российская национальная библиотека

Итак, дедушкой «Энциклопедии», если можно так выразиться, был «Технологический лексикон, или Всеобщий английский словарь искусств и наук» Харриса, напечатанный в Лондоне еще в 1704 г. (второе дополненное издание вышло в 1708—1710 гг.) Труд Харриса был первым универсальным естественно-научным и техническим словарем, содержащим, в частности, значительный свод знаний по математике и кораблевождению. Интересно, что издание «Лексикона», так же как и в дальнейшем «Энциклопедии», было начато по инициативе группы издателей-промышленников из коммерческих соображений. Неудивительно, что столь ценное издание, отвечавшее основным целям русской экономики и культуры, вызвало живой интерес царя-преобразователя. 16 декабря 1715 г. Петр I именным указом поручил своему заграничному резиденту А. П. Веселовскому «сыскать <...> Лексикон универсалис, в котором есть все художества, который выдан в Англии на их языке» (ПСЗ, 1830, т. 5, с. 186). Царь обязал Веселовского не только найти и купить эту и еще две книги, но и съездить в Прагу «и там в Езуитских школах учителям говорить, чтоб они помянутыя книги перевели на Славянской язык <...> В сем гораздо постарайся, – прибавил Петр I, – понеже нам сие гораздо нужно» (ПСЗ, 1830, т. 5, с. 186).

Русский царь был уверен, что «Лексикон» Харриса к 1715 г. уже был переведен на латинский или немецкий языки, более распространенные в Европе того времени, чем английский. Поэтому для облегчения дальнейшего перевода на русский он попросил Веселовского «сыскать» Лексикон именно на этих языках. Но таких переводов не существовало, что значительно затруднило задачу. В 1716 г. Петр I настойчиво возвратился к той же теме: «Старайтесь, – написал он Веселовскому, – достать книгу Лексикон Техников (artium et scientiarum), которая выдана в Англии, и чтоб оная была на латинском или немецком языке, и отдайте переводить в помянутый же кляштор к иезуитам, и о цене с ними за перевод оной договорись. Ежели ж (паче чаяния) что на латинском или немецком языке такой книги не сыщите, а может быть, что сыщут те иезуиты и английского языку переводчика, то купите и на английском языке и пошлите туда, чтоб переводили с английского на словенский язык» (Пекарский, 1862, т. 2, с. 232).

Прялки. Гравюра Робера Бенара из «Собрания гравюр о науках, свободных искусствах и искусств механических с пояснениями» («Recueil de planches, sur les sciences, les arts libéraux, et les arts méchaniques, avec leur explication». A Paris: Briasson, 1762), изданному в 11 томах к «Энциклопедии». Российская национальная библиотека

Судя по всему, Веселовскому не удалось выполнить поручение царя, в первую очередь из-за того, что в начале XVIII в. крайне мало людей достаточно хорошо знали одновременно и английский и русский язык. Но все это ни в коей мере не умаляет того факта, что первый универсальный технологический словарь, который лег в основу всех позднейших «Энциклопедий», в том числе и «Энциклопедии» Дидро, был замечен Петром I еще в начале XVIII в., и что его перевод на русский язык мог появиться значительно раньше, чем переводы на другие европейские языки. В любом случае, замысел этой работы возник в России почти за полвека до начала «просвещенного» правления Екатерины II.

«Ваш покорный и преданный слуга Бриассон»

Просветительская политика Петра I нашла свое наивысшее выражение в акте учреждения русской Академии наук. С самого своего основания Академия стала способствовать не только развитию производительных сил страны, русского языка, литературы и истории, но и упрочила в целом «литературную республику» – общеевропейский союз просветителей, ученых и литераторов. Именно с деятельностью Петербургской Академии, а также русских дипломатических представительств в европейских странах, во многом связаны основные страницы истории «Энциклопедии, или Толкового словаря наук, искусств, и ремесел». Характерной в этом отношении является история взаимоотношений русской Академии и Коллегии иностранных дел с одним из основных организаторов «Энциклопедии» – парижским издателем-книготорговцем Антуаном Клодом Бриассоном.

Хирургия. Гравюра Робера Бенара из «Собрания гравюр о науках, свободных искусствах и искусств механических с пояснениями» («Recueil de planches, sur les sciences, les arts libéraux, et les arts méchaniques, avec leur explication». A Paris: Briasson, 1762), изданному в 11 томах к «Энциклопедии». Российская национальная библиотека Бриассон с 1745 г. был финансовым директором, казначеем «Энциклопедии»: он составлял приходно-расходные книги, хранил выручку предприятия и документы, связанные с его деятельностью, вел переговоры и заключал договоры с авторами, переводчиками, рисовальщиками, граверами, лично выплачивал гонорары. В его обязанности входил также созыв «Объединенных издателей» для решения неотложных дел. Позднее Бриассон стал основным распространителем подписок на издание и их хранителем. Через него также шла вся переписка по распространению и рекламе «Энциклопедии».

Кроме того, Бриассон был в какой-то мере и идеологическим руководителем издания. Он явился инициатором выпуска одиннадцати томов гравюр, причем в 1762 г. получил право единолично заключать договоры, подписываясь «Бриассон и Компания». С 1769 г. на титульных листах «Энциклопедии» значились только две фамилии издателей: Бриассон и Лебретон, а с 1771 г. – фамилия одного Бриассона.

Замечательно и то, что именно этот парижский издатель привлек к работе над «Энциклопедией» Д. Дидро. Подписание 16 октября 1747 г. контракта на издание «Энциклопедии» окончательно упрочило финансовое положение Дидро. Уже на следующий день Бриассон выплатил Дидро его первый гонорар как редактору «Энциклопедии».

18 октября 1747 г. контракт с Дидро был утвержден на собрании всех парижских издателей, объединившихся для выпуска «Энциклопедии». Замечательно, что в тот же самый день Бриассон встретился с русским дипломатическим представителем во Франции Г. Гроссом и подписал с ним контракт на поставку значительных партий книг в Россию.

Совпадение замечательное и неслучайное, которое можно понять, лишь зная всю предысторию взаимоотношений Бриассона с Россией. Дело в том что этот основной издатель «Энциклопедии» с 1737 г. являлся книготорговым комиссионером Петербургской Академии наук: он получал для продажи в Париже петербургские издания и отсылал в Россию – парижские. В каталоге петербургской академической Книжной лавки за 1737 г. «внезапно» обнаруживаются около 200 новых парижских изданий, что было явлением совершенно незаурядным: до этого монополию на поставку иностранных книг в Россию сохраняли голландские и немецкие книготорговцы.

Астрономия. Гравюра Робера Бенара из «Собрания гравюр о науках, свободных искусствах и искусств механических с пояснениями» («Recueil de planches, sur les sciences, les arts libéraux, et les arts méchaniques, avec leur explication». A Paris: Briasson, 1762), изданному в 11 томах к «Энциклопедии». Российская национальная библиотека В это же время Бриассон стал посредником по переписке между парижскими и петербургскими академиками, а также корреспондентом русского посольства в Париже. Заметим, что хронологически начало «русских» контактов с Бриассоном совпало с приездом в Париж русского поэта и дипломата А. Д. Кантемира, стремившегося с помощью английского посланника графа Вальдграфа наладить русско-французские дипломатические отношения. Несомненно, именно Кантемиру мы обязаны появлением Бриассона на небосклоне русско-французской политики и культуры.

Документы, обнаруженные в архивах Петербурга, свидетельствуют, что казначей «Энциклопедии» уже в 1730—1740-х гг. имел в России обширные деловые связи. Достаточно сказать, что корреспондентами Бриассона были и асессор Петербургской Академии И. И. Тауберт, и советники той же Академия Хр. Гольбах и И. Д. Шумахер, и русский посол в Париже, а потом в Берлине Г. И. Гросс, и академический книгопродавец С. Прейсер. С Бриассоном переписывался инспектор академической книжной лавки Фр. Гирст; президент Академии наук, будущий посол России в Дании и Швеции И.-А. Корф; Р. Саншес, почетный член русской Академии и лейб-медик императрицы Елизаветы Петровны.

Уже в 1740-х гг. Бриассон являлся поставщиком книг для библиотек крупных русских вельмож: вице-канцлера и президента Академии наук М. И. Воронцова, гетмана Украины К. Г. Разумовского. Более того, Гросс, Тауберт и Саншес (а возможно, и Воронцов с Разумовским) были лично знакомы с Бриассоном и неоднократно встречались с ним в Париже еще до выхода в свет первого тома «Энциклопедии».

Сохранилось несколько документов, свидетельствующих о взаимоотношениях Петербургской Академии с парижским издателем в 1747—1750 гг., т. е. в то время, когда к печати готовились первые тома «Энциклопедии». Это были тяжелые годы для будущего издания. Дело в том, что до ноября 1750 г. издатели-энциклопедисты не получили ни одного ливра прибыли от задуманного предприятия, хотя и вложили в него уже около 70 тыс. ливров. Лишь 2 декабря 1750 г. в кассу «Энциклопедии» поступили первые деньги, полученные от подписчиков (May, 1938).

Мастерская женской одежды (Ателье моды). Гравюра Робера Бенара из «Собрания гравюр о науках, свободных искусствах и искусств механических с пояснениями» («Recueil de planches, sur les sciences, les arts libéraux, et les arts méchaniques, avec leur explication». A Paris: Briasson, 1762), изданному в 11 томах к «Энциклопедии». Российская национальная библиотека

В свете этого совершенно незаурядными представляются сведения, содержащиеся в письмах Бриассона к Тауберту и Гроссу, написанных в 1749—1750 гг. Как уже упоминалось выше, буквально на следующий день после начала основных работ над «Энциклопедией» Бриассон заключил выгодный договор с Петербургской Академией на поставки в Россию значительных партий французских книг. Договор, подписанный в Париже 18 октября 1747 г., был утвержден Разумовским в начале следующего года.

В соответствии с договором Бриассон до конца 1750 г. отправил в Петербург для продажи книги стоимостью 3732 флорина (8270 ливров). За это же время в «Энциклопедию» он вложил 8166 ливров. Не вызывает сомнения, что поставки книг в Россию, по расчетам Бриассона, должны были восполнить его вклад в «Энциклопедию». Однако действительность внесла поправки в замыслы: книжная лавка Петербургской Академии, находившаяся тогда на грани банкротства, не смогла выполнить взятые на себя обязательства, и Бриассон получил причитавшиеся ему деньги лишь в конце 1750 г.

Охотникам до чтения

Первые сведения об издании «Энциклопедии, или толкового словаря наук, искусств и ремесел» русские читатели могли почерпнуть из «Санкт-Петербургских ведомостей» в марте 1752 г.: «Препятствия, для которых остановилось печатание книги, называемой Энциклопедия, – сообщала русская газета, – ныне совсем прекращены, а прочие части впредь беспрерывно печатать будут».

Кровельщики. Гравюра Робера Бенара из «Собрания гравюр о науках, свободных искусствах и искусств механических с пояснениями» («Recueil de planches, sur les sciences, les arts libéraux, et les arts méchaniques, avec leur explication». A Paris: Briasson, 1762), изданному в 11 томах к «Энциклопедии» Российская национальная библиотека

В 1753 г. в Петербурге продавались первые два тома «Энциклопедии»: они были объявлены в рекламном каталоге академической книжной лавки. Благодаря налаженным связям с Бриассоном в России можно было без особых хлопот приобрести и очередные тома, и полные комплекты этого капитального труда. Так, например, одна из видных фигур российского Просвещения княгиня Е. Р. Дашкова, жаловавшаяся в своих «Мемуарах», что в Москве в 1750-х гг. «можно было найти только старые, известные сочинения», тем не менее смогла купить в академической лавке все вышедшие до того времени тома «Энциклопедии» (Дашкова, 1985, с. 6).

В 1764 г. в Петербургской академической книжной лавке стали продаваться комплекты первых восьми томов издания, на следующий год – восьмой и девятый тома. В первом номере «Санкт-Петербургских ведомостей» за 1766 г. сообщалось: «Будущей весной во Франции выйдут из печати остальные тома «Энциклопедии», того ради охотники кои уже имеют у себя первые 10 томов, а пожелают получить и прочие, благоволили б заблаговременно объявить в Академической книжной лавке».

Статьи из «Энциклопедии» переводились и на русский язык. По подсчетам историка М. М. Штранге, в 1767—1777 гг. в России «было переведено и издано около 480 больших статей и мелких справочных заметок из «Энциклопедии» на самые различные темы – отвлеченные и злободневные, политико-философские и научно-технические» (Штранге, 1961, с.77).

В заключении хотелось бы не подводить итоги, а наметить пути дальнейшего исследования темы «Энциклопедия» и Россия».

Рыцарское обмундирование. Гравюра Робера Бенара «Собрания гравюр о науках, свободных искусствах и искусств механических с пояснениями» («Recueil de planches, sur les sciences, les arts libéraux, et les arts méchaniques, avec leur explication». A Paris: Briasson, 1762), изданному в 11 томах к «Энциклопедии» Российская национальная библиотека

Так поиски связей России с историей подготовки и издания «Энциклопедии» Д. Дидро приводят нас к И. И. Бецкому, который упомянут в статье лишь мельком, так как его отношения с «энциклопедистами» требуют отдельного исследования. Последнее затруднено тем, что архив Бецкого бесследно исчез после его кончины. (По всей видимости, он содержал слишком много секретов, в том числе династического характера.) О некоторых сторонах жизни Дидро, о его встречах и беседах в парижских литературных салонах с Бецким и другими русскими людьми мы можем только догадываться.

Мы считаем, что и Женевское (1778—1779), и Невшательское (1777—1782) переиздания «Энциклопедии» Дидро также вышли при явной поддержке России. Детали этого очевидного факта еще предстоит установить. Сейчас заметим только, что женевские издатели Крамеры и де Турны были родственниками того самого Веселовского, которому Петр Великий поручил в 1715 г. делать в Праге перевод «Технологического словаря» Харриса. Причем в момент выпуска этого переиздания сам Веселовский был еще жив и здоров, и принимал в Женеве русских вельмож, путешествовавших по Европе. Свои воспоминания о полном сил и здравого смысла 85-летнем старике оставили и княгиня Дашкова (1771), и знаменитый заводчик Н. А. Демидов (1773).

Так что эта тема, казалось бы, хорошо разработанная отечественными и зарубежными исследователями, содержит еще множество нераскрытых фактов и требует выявления и осмысления новых документов.

*Encyclopédie, ou Dictiоnаire raisonné des sciences, des arts et des métiers, par une Societé de gens de lettres. Mis en ordre et publié par M. Diderot... Paris: chez Briasson et autres, 1751—1780. 35 vol. fol.

**Harris Iohn. Lexicon Technicum; or an Universal English dictionary of arts and sciences... London, 1704. fol.; Second edition. London, 1708—1710. 2 vol. fol.; Chambers Ephraim. Cyclopaedia: or, an Universal dictionary of arts and sciences... London, 1728. 2 vol. fol.

Литература

Дашкова Е. Р. Записки: (1743—1810) / Подготовка текста, статья и комментарии Г. Н. Моисеевой. Л., 1985.

Коробочко А. И. «Энциклопедия» Дидро и Россия // Тр. Гос. Эрмитажа. Л., 1975. [Вып.] 16. С. 73—75.

Молок А. И. Дидро о России // Дидро Д. Собр. соч. в 10 т. М., 1947. Т. 10. С. 17—18.

Полное собрание законов Российской империи. СПб., 1830. Т. 5. (1713—1719). С. 186.

Мыльников А. С. Русские переводчики в Праге. 1716—1721 // Проблемы литературного развития в России первой трети XVIII в. Л., 1974. С.279—296. (XVIII век. Сб. 9).

Пекарский П. П. Наука и литература в России при Петре Великом. СПб,. 1862. Т. 2.

Фроловский А. В. Чехи и восточные славяне. Очерк истории чешско-русских отношений. X–XVIII вв. Прага, 1947. Т. 2.

Штранге М. М. «Энциклопедия» Дидро и ее русские переводчики // Французский ежегодник. 1950. М., 1961. С. 76—88.

Lang D. M. „Encyclopédie” en Russie et au Caucase // Cahiers de l’Association Internationale des études français. Paris, 1952. Mai, N 2. P. 64.

May L. Ph. Histoire et sources de l’Encyclopédie // Revue de Synthèse. T. XV. Synthèse historique, VIII, fevr. 1938. P. 15.

Proust J. Diderot et Encyclopédie. Paris, 1962. P. 76.

Voltaire’s Correspondence / Ed. by Th. Besterman. Geneve, 1957. Vol. XXVIII. N 5954.

Редакция выражает благодарность Российской национальной библиотеке и отдельно Ольге Дмитриевне Симбирцевой и Елене Валентиновне Бархатовой за помощь в подборе иллюстраций

Понравилось? Поделись с друзьями!

Подпишись на еженедельную e-mail рассылку!

comments powered by HyperComments