• Читателям
  • Авторам
  • Партнерам
  • Студентам
  • Библиотекам
  • Рекламодателям
  • Контакты
  • Язык: English version
1110
Раздел: История
Южная Сибирь под властью монголов

Южная Сибирь под властью монголов

Кыргызский каганат оказался наиболее долговечным государственным образованием в истории народов Сибири и Центральной Азии. К началу XIII в. это было единственное самостоятельное государственное объединение к северу от монгольских земель. Сам факт его существования, а также достаточно высокая плотность населения неизбежно должны были привлечь внимание Чингис-хана…

Население Южной Сибири уже c XII в. непосредственно граничило с монголами, к тому времени занявшими обширные земли в Центральной Азии. Первые годы XIII в. стали важным рубежом в истории народов этого обширного региона — началом так называемого «монгольского времени», которое для отдельных из них завершилось фактически лишь в середине XVIII в. Этнополитические процессы на юге Сибири до конца XIII в. определялись двумя важнейшими историческими реалиями — фактом существования кыргызского государства, территория которого к началу столетия охватывала практически весь регион Южной Сибири с частью Центральной Азии, и экспансией стремительно растущей Великой Монгольской империи.

Палаш из кыргызского погребения, который был преднамеренно поврежден (согнут) либо в ритуальных целях, либо чтобы его можно было поместить в небольшую ямку с остатками трупосожжения

Кыргызский каганат начал свое существование почти одновременно с другими государствами древних тюрков, пережил их, а затем и Уйгурский каганат. С середины IX в. он стал гегемоном на этих землях, хотя подвластные ему территории постепенно сокращались.

После курултая 1206 г. Чингис-хан упорядочил управление вооруженными силами, разделив их по территориальному принципу на три части — левое и правое крылья, а также центр. Одновременно было выделено и еще одно направление экспансии — земли еще не завоеванных «лесных народов», лежавшие к северу от Монголии, т. е. как раз территория Южной Сибири.

В кургане № 4 могильника Койбалы I на р. Абакан были найдены угли, фрагменты костей человека – остатки трупосожжения, предметы погребального инвентаря, в числе которых наконечник стрелы с черешком с винтовой нарезкой, как у шурупа (справа в центре)

Давний соратник хана, Хорчи, получил приказ подчинить власти Чингис-хана все земли «вплоть до прииртышских лесных народов». Тем самым судьба их была предрешена, а установление власти монголов сопровождалось драматическими событиями, обусловленными ожесточенным сопротивлением народов Южной Сибири. Монгольское завоевание Сибири достаточно полно отражено в таких письменных источниках, как «Сокровенное сказание монголов», «Юань-ши» (История династии Юань) и летописи Рашид-ад-дина.

Били челом белыми кречетами и соболями...

Принято считать, что захват Сибири монголами произошел в «год Зайца» (1207 г.), во время похода войска во главе с Джучи, старшим сыном Чингис-хана. Однако по мнению хакасского исследователя С. А. Угдыжекова такой поход состоялся осенью 1206 г. — через полгода после создания единого монгольского государства (Угдыжеков, 1995).

Весной 1207 г. монголы не могли решиться на это, учитывая распутицу и вскрытие рек, да еще с ослабевшими за зиму лошадьми. Осенью того же года монголы воевали с тангутами и вряд ли могли отвлекать свои силы на северное направление. Поэтому с учетом изменений в монгольском календаре, произведенных Хубилаем в 1267 г., наиболее вероятным временем такого похода могла быть осень 1206 г.

Самая уникальная находка из кургана № 4 могильника Койбалы, безусловно монгольского происхождения, – детали пояса, включающие четыре нефритовые накладки на ремень (1), фрагмент тонкой бронзовой пластинки (предположительно – упор) (2), предмет из серебряной проволоки, напоминающий серьгу (3), и фрагмент бронзовой пряжки с частью щитка (4). В одном из отверстий накладки в виде сердечка сохранилась часть бронзовой заклепки, с помощью которой она, очевидно, крепилась на ремень. На обратной стороне пояса заклепки для большей надежности закреплялись на металлических пластинах-упорах. Серебряная накладка на пояс аналогична деталям пояса из родового захоронения эпохи Юань (г. Аньшань)

Таким образом, первым объектом агрессии монголов в мире стали, по-видимому, народы именно Южной Сибири. Продвигаясь из северо-восточной Монголии в северо-западном направлении, Джучи, подчинив ряд народов, включая ойратов и бурят, подступил к кыргызам.

В письменных источниках кыргызы назывались «тумен-киргизами», что означало бытование у них обычной для народов Центральной Азии военно-административной системы разделения населения. На момент покорения кыргызы имели, как минимум, три тумена, т. е. 30 тыс. воинов, что соответствует общей численности населения приблизительно в 150 тыс. человек.

По каким-то причинам кыргызы поначалу не стали сопротивляться Джучи и отдались под власть Чингис-хана: как сказано в «Сокровенном сказании», «выразили покорность и били государю челом белыми кречетами-шинхот, белыми же меринами и белыми же соболями» (Козин, 1941, с. 174—175). Судя по ходу дальнейших событий, власть над ними по-прежнему находилась в руках местных властителей. Официально земли каганата вошли в улус, выделенный для Джучи.

У населения Южной Сибири имелось первоклассное оружие, в том числе палаш и ножи (1). До совершенства было доведено изготовление луков т. н. «монгольского типа». Наконечники стрел служили разным целям в дальнем бою (2). Очень сложным кузнечным изделием является уникальный железный наконечник стрелы, предположительно ритуального назначения: свистунка его представляет собой единое целое с пером и черешком (3)Однако по сведениям Рашид-ад-дина, в 1217 г. туматы (одно из тюрко­язычных племен, проживавшее в Восточной Туве) — восстало против власти монголов. На их подавление Чингис-хан послал войско, возглавляемое Борагул-нойоном. В сражении Борагул-нойон был убит, а вместо него был назначен нойон Дорбо Дакшин, который, «вооружив ратников топорами, тесаками, пилами, и долотами, и всяким потребным инструментом <...> приказал прорубать просеку <...> пилить и рубить деревья. И вот, поднявшись на гору, он внезапным ударом обрушился на пировавших беспечно туматов и полонил их (Рашид-ад-дин, 1952, с. 122, 171). Так как туматы, по мнению монголов, были злокозненным и недоброжелательным племенем, то «множество из них перебили». Сто семейств туматов было отдано в рабство семье убитого Борагул-нойона.

На следующий год туматы восстали вторично, когда монгольские сборщики дани потребовали от них девушек. Для покорения этого бунта монголы потребовали от кыргызов войска; но те не дали и восстали сами. На подавление восстания вновь был послан Джучи, который прошел по льду рек, вторгся в Туву и покорил кыргызов.

Политическое значение Кыргызского каганата в составе Монгольской империи, видимо, было весьма высоким. В частности, четвертой главной женой Угэдэя, преемника Чингис-хана, стала кыргызка Джачин.

Когда Джучи умер, Южная Сибирь отошла к владениям великого хана. После того, как великим ханом был провозглашен внук Чингис-хана Хубилай, вся территория Южной Сибири вошла в состав созданной им империи Юань.

Под властью империи Юань

В 1273 г. население Южной Сибири вновь восстало. Причины мятежа не установлены; по крайней мере, юаньский губернатор — выходец из Китая, захваченный в плен восставшими, не только не был убит, но за доброе обращение с людьми впоследствии даже освобожден. В результате восстания народы Южной Сибири получили независимость от империи Юань, по-видимому — в рамках Кыргызского каганата.

Средневековый путешественник Г. де Рубрук описал увиденные им в середине XIII в. у монголов вилочки для мяса «...наподобие тех, какими мы обычно едим сваренные в вине яблоки и груши». Вероятно, эти столовые приборы были в то время широко распространены в Южной Сибири и Центральной Азии

В течение последующих двадцати лет кыргызы удерживали свою независимость, что существенно облегчалось междоусобицей в самой империи. В борьбе Хубилая с Хайду (внуком Угэдэя) кыргызские князья приняли сторону последнего. Но ранней весной 1293 г. сильная армия Хубилая по льду Енисея вторглась в земли восставших кыргызов и вновь покорила их. Хайду послал на выручку свои войска, однако они были разбиты. Территория каганата вновь оказалась в составе имперской провинции Лин-Бэй.

По приказу Хубилая, ожидавшего, по-видимому, новых восстаний народов Южной Сибири, часть местного населения (700 семей) была переселена далеко от родных мест — в северную Маньчжурию, в устье реки Сунгари. На место угнанных он поселил центральноазиатских кыргызов, оставшихся ему верными в период восстания. Его наследник Тэмур в 1295 г. переселил еще одну группу населения Саяно-Алтая — на этот раз в китайский Шаньдун. И с этого времени всякие известия о населении Южной Сибири практически прекращаются. Лишь в 1321 г. в «Истории Юань» упоминаются северные племена, причем, возможно, речь шла об уже о переселенных в Китай выходцах из Южной Сибири.

Пояса, а также ременная гарнитура у кыргызов богато украшались разнообразными накладками, железными с посеребрением и золотыми (1). К поясу крепились и крюки, поддерживавшие высокие голенища сапог типа ботфортов (2). Позолоченные серьги (слева внизу) с изображением богини плодородия Умай из могильника Койбалы I

В 1368 г. в результате освободительной борьбы китайского народа империя Юань пала. Китайская армия совершила поход в Монголию и разрушила столицу империи Каракорум. Монголы вновь вступили в полосу феодальной анархии. Когда в XV в. западные монголы (ойраты, или джунгары) получили преимущество в борьбе с восточными монголами (халхасцами), народы Южной Сибири, видимо, также находились в их подчинении.

Столетия «темного времени»

Следующие сведения об этой территории мы получаем уже из русских письменных источников XVII в. Согласно этим данным, господствующей группой в Саяно-Алтае по-прежнему являлись кыргызы. Однако сами они подчинялись уже не западным монголам, а входили в состав государства Алтын-хана, центр которого находился в Северной Монголии и Туве.

В 1666 г. в междоусобной борьбе монголов верх вновь одержали джунгары и большинство населения Южной Сибири перешло под их власть. Положение самих кыргызов, по-видимому, не менялось со времен Джучи: они обладали своеобразной автономией в составе монгольских государств. И в этом отношении монголы остались верны своей обычной практике управления подчиненными народами. Многовековое господство монголов оказало заметное влияние на культуру местного населения, но язык его большинства по-прежнему оставался тюркским.

Лишь на бывших тюркских землях в восточной части Южной Сибири русские люди к середине XVII в. застали уже преимущественно монголоязычное население — предков современных бурят. Тюрки отсюда были вытеснены или ассимилированы — территория фактически стала уже частью Монголии.

В течение XVII в. власть над населением Южной Сибири постепенно переходила в руки русских царей. Первыми были присоединены бурятские земли. После того, как в 1703 г. джунгары угнали с Енисея в свои кочевья основную массу кыргызов, это случилось и с землями на юге Средней Сибири. Последней в состав русского государства вошла западная часть Южной Сибири, что произошло уже в середине XVIII в. после падения Джунгарского ханства. На этом и закончилось монгольское время в истории народов Южной Сибири.

Нужно сказать, что период после монгольского завоевания и вплоть до прихода русских людей в Сибирь называют «темным временем» в ее истории. Поэтому каждое свидетельство того времени является чрезвычайно ценным. Новые данные сегодня может предоставить только археология, поскольку письменные источники в этом смысле исчерпаны.

Пояс с нефритом — вестник из прошлого

Интересные материалы, в том числе явно свидетельствующие о пребывании местного населения под властью монголов, были получены в последние годы на ряде поздних могильников по Енисею и Абакану в результате раскопок археологического отряда Новосибирского государственного университета. Так, в могильнике Койбалы I на р. Абакан были обнаружены чрезвычайно редкие для Сибири находки — четыре накладки на пояс, выполненные из камня, а с ними и серебряная накладка в виде кольца.

Каменные накладки на пояс сделаны из нефрита (точнее, жадеита) и имеют бело-молочный и зеленоватый цвет. Камень обработан весьма качественно: у всех изделий ровная гладкая поверхность, прямые края обрезов, правильные очертания, тщательно отделанные сквозные отверстия, у которых на обратной стороне даже аккуратно сняты фаски.

В погребениях кыргызов была найдена великолепно украшенная лошадиная сбруя с многочисленными железными деталями – удилами, стременами, пряжками и т. д. Многие из них были покрыты серебряной инкрустацией, от которой после воздействия погребального огня остались лишь капельки застывшего серебра

На территории расселения самих енисейских кыргызов предметов, аналогичных деталям этого пояса, пока не обнаружено, из-за чего невозможно точно установить ни его происхождение, ни возраст. Если же мы обратим внимание на соседние регионы, то обнаружим, что использование нефрита и других пород камня для изготовления накладок на пояса было известно в Восточной и Центральной Азии. Так, чиновники империи Цзинь могли носить пояс с украшениями из нефрита, слоновой кости и даже рога носорога (Воробьев, 1983).

Изготовлялись и каменные накладки на лошадиную сбрую. Например, в погребении позднекиданьского времени на территории Внутренней Монголии (КНР) обнаружена сбруя лошади сановника-цзы («цзы» — титул знати, четвертый по счету из пяти ступеней), украшенная 43-мя агатовыми накладками разной формы (Исторические памятники..., 1987).

Известно, что у китайцев в эпоху империи Мин (XIV—XVII вв.) бытовал кожаный пояс «гэдай», который украшался нефритовыми, металлическими или роговыми декоративными пластинками (Сычев, Сычев, 1975). Так, в гробнице императора этой династии Ван Ли найден такой пояс с щитовидной, сердцевидными и прямоугольными накладками из белого нефрита весьма крупных размеров. На поясе стоявшей рядом статуи военачальника также изображены подобные накладки, но уже заметно меньшего размера, чем у императора (Dingling Tomb, 1989). Полный комплект подобных деталей пояса обнаружен в 1975 г. и в ходе раскопок родового захоронения эпохи Юань в г. Аньшань: накладки на этот пояс, включая и оригинальную серебряную в виде проволочного кольца с несомкнутыми концами, полностью аналогичны деталям пояса из кургана могильника Койбалы I.

Помня о близости найденных там накладок соответствующим вещам из Китая, этот курган можно отнести к монгольскому времени (скорее всего, к XIV—XV вв.). Его особое размещение в составе могильника говорит в пользу и особого социального статуса погребенного в нем человека. То, что в явно кыргызском погребении со следами характерного обряда (трупосожжения) находятся знаки различия, предположительно, чиновника империи Юань, можно объяснить двояким образом. Либо они попали туда в качестве военного трофея, либо у какого-то кыргыза, члена местной администрации, был небольшой официальный чин. И последнее предположение более вероятно.

Находясь на службе у императора (либо какого-то монгольского феодала после падения династии Юань), этот чиновник имел соответствующие знаки различия — пояс с особого вида накладками. Вероятно, от имени своего господина он управлял какой-то небольшой или средней по численности группой енисейских кыргызов, которые с учетом его происхождения похоронили умершего на своем кладбище. В связи с особым статусом владельца пояса курган для него был сооружен в стороне и несколько выше основной массы погребальных сооружений.

Обнаруженные в кургане могильника Койбалы I предметы позволили нам нарисовать живую картинку жизни енисейских кыргызов в их «монгольский период». К сожалению, свидетельства подобного характера археологического «происхождения» пока очень редки.

Однако в памятниках монгольского времени сделаны многочисленные находки, которые, не являясь «монгольскими» по происхождению, характеризуют высокоразвитую культуру самого населения Южной Сибири. Собственно говоря, практически все завоеванные монголами народы в этом смысле существенно превосходили своих завоевателей. Заслуга последних состояла лишь в том, что они, покорив огромные территории Евразии, стали своеобразными «передатчиками» достижений различных народов — по крайней мере, до наступления периода междоусобной борьбы.

Монгольское завоевание серьезно сказалось на всех сторонах жизни населения юга Сибири. В первую очередь оно привело к тому, что в результате многочисленных войн, восстаний и переселений численность его резко упала. В конце XIII в. население Саяно-Алтая в составе империи Юань составляло около 45 тыс. человек. Через три столетия у кыргызов насчитывалось от 600 до 1000 «боевых людей», что соответствует численности населения всего в 3—5 тыс. человек. И это при том, что в IX в. здесь по разным оценкам проживало от 400 тыс. до 2 млн человек!

Падение численности населения неизбежно вело и к последующему упадку культуры, в том числе земледелия. Монгольский барьер с юга, юго-запада и юго-востока с конца XIII в. создал для территории Южной Сибири ситуацию изоляции от культурных влияний извне. Положение изменилось после присоединения ¬региона к русскому государству. Численность населения начала устойчиво расти, хотя на Саяно-Алтае она до сих пор не достигла прежних «домонгольских» размеров.

Понравилось? Поделись с друзьями!

Подпишись на еженедельную e-mail рассылку!

comments powered by HyperComments