• Авторам
  • Партнерам
  • Студентам
  • Библиотекам
  • Рекламодателям
  • Контакты
  • Язык: English version
2000
Раздел: Археология
Запечатленная история

Запечатленная история

Каждому человеку в течение жизни приходится сталкиваться со множеством самых различных печатей. В примитивных сообществах эту печать-удостоверение могут возложить прямо на тело в виде татуировки, в более цивилизованных – на какой-либо документ. По сути, следы на влажной почве, оставленные зверем, с которыми сталкивались плейстоценовые охотники и их голоценовые потомки, были природными печатями, удостоверявшими виртуальное присутствие «личности» оставившего их существа. Примером осознания подобного феномена могут служить отпечатки ладоней на стенах пещер (например, Куэва-де-лас-Манос, или Пещера рук, на юге Аргентины), которые можно трактовать как персональный знак оставившего его человека, своего рода его субститут или печать. Наиболее ранние образцы настоящих печатей появляются на Ближнем и Среднем Востоке и постепенно распространяются на территории современного Китая и Японии. В новом выпуске журнала «НАУКА из первых рук» наши постоянные авторы, исследователи из новосибирского Института археологии и этнографии СО РАН сделали попытку рассмотреть этот феномен на конкретных примерах из истории дальневосточной цивилизации

Неужели Печать? – спросил он с ужасом.
«Сказка о Тройке», Аркадий и Борис Стругацкие

Маленький оттиск печати выступает в качестве полномочного заместителя человека или организации, от имени которых он поставлен. Значение печати настолько велико, что она становится символом вездесущей бюрократии.

Ей придается сказочное и даже мистическое значение. Многие слышали о печати царя Соломона, с помощью которой можно управлять животными и даже могущественными джиннами. И, конечно, нельзя не вспомнить шестую главу последней книги Нового завета «Апокалипсис, или Откровение Иоанна Богослова» о семи печатях: от торжественного «Агнец снял первую из семи печатей, и я услышал одно из четырех животных, говорящее как бы громовым голосом: иди и смотри» (Откр 6: 1) до таинственного «И когда Он снял седьмую печать, сделалось безмолвие на небе, как бы на полчаса» (Откр 8: 1).

Печати из Мохенджо-Даро, древнего города высокоразвитой хараппской цивилизации в долине Инда (на территории современного Пакистана). Всего на памятнике найдено свыше 2500 печатей, датированных периодом 2500–2000 гг. до н. э. На щитках печатей, вырезавшихся в основном из стеатита (встречаются также терракотовые и фаянсовые экземпляры), изображали фигуры животных, иногда людей, и надписи. Нередко перед животным изображался алтарь, что указывало на сакральный характер. Знаки протоиндийской (хараппской) письменности представляют собой иероглифы, большая часть которых не расшифрована. Существует гипотеза о происхождении культуры Хараппы, к которой относится Мохенджо-Даро (в том числе и традиция изготовления печатей), из древних цивилизаций Ближнего Востока

Впрочем, оставим в стороне мистику и метафизику (а там о многом можно рассказать – ​привет от И. Бергмана и его фильма-­притчи «Седьмая печать»!), чтобы подчеркнуть огромное значение печатей в истории человечества и, соответственно, в ее изучении. Для этого даже была создана особая вспомогательная историческая дисциплина – сфрагистика, или сигиллография, изучающая печати и их оттиски.

Самые ранние образцы первых печатей появляются на Ближнем Востоке – ​это знаменитые цилиндрические печати, которые прокатывали по еще сырой поверхности глиняных табличек, служивших для письма в древнейших государствах Месопотамии (IV–III тыс. до н. э.). Богатая коллекция печатей, вырезанных на каменных и керамических плитках, была собрана при изучении памятников Мохенджо-­Даро в долине Инда (2500–1700 гг. до н. э.). Продвигаясь на Восток, традиции изготовления и использования печатей проникают в Китай, а оттуда в самый восточный регион – ​на Японские острова.

Немного этимологии

Прежде всего уточним, что определение «запечатленный» в названии статьи мы используем не в расширительном, а в изначальном, библейском смысле, как производное от глагола «запечатлеть», т. е. скрепить печатью 1. Само же слово «печать» по-русски не зря звучит очень похоже на «печь». Подобное слово есть практически во всех славянских языках и имеет общую основу *реčаt-, которая означает «орудие для выжигания знака» 2. Вероятно, первые печати представляли собой тавро, которое выжигали на шкуре домашнего скота, а быть может, и на теле рабов.

В английском языке для обозначения печати чаще всего используются два слова: seal и stamp. И если seal через старофранцузский язык возводят к латинскому signum («знак»), то stamp имеет намного более древнюю протоиндоевропейскую основу stemb- со значением «растоптать», «расплющить» 3. И здесь можно видеть, что изначально печать имела агрессивный, подавляющий характер.

В китайской лексикографии печати в основном обозначаются двумя иероглифами. Знак си указывает на печати императора (царя) и членов его семьи. В этом качестве он приводится еще в словаре «­­Шовэнь цзе­цзы», составленном в I в. н. э., и описывается через другой, более ранний иероглиф инь (王者印也) 4. Эта пиктограмма встречается в надписях на гадальных костях (цзягувэнь) – ​лопатках животных, в основном баранов, и панцирях черепах – и состоит из двух элементов: руки, которая хватает или удерживает коленопреклоненного человека. Иными словами, и здесь происхождение печатей было связано с насилием и подчинением. Печати уже на ранних этапах отождествлялись с властью, а всякая власть есть насилие.

Из бронзы, золота и нефрита

На территории современного Китая первые печати-­штампы появляются в эпоху Шан-­Инь (XIII–XI вв. до н. э.). Судя по их оформлению, развитие этой традиции шло независимо от старых цивилизационных центров. Оттиски печатей с именем либо владельца/заказчика, либо чиновника, надзирающего за сложным производственным процессом, наносились на глиняные формы для отливки бронзовых изделий, поэтому их контуры можно проследить на готовой продукции.

В эпоху Чжоу (XI–III вв. до н. э.) печати выпускались правительственными органами, причем одна их часть использовалась для заверения официальных документов, другая – ​для подтверждения коммерческих операций, например приобретения прав на землю.

Красным цветом окрашен иероглиф инь («печать») в древнейшем написании, можно четко проследить два составляющих его элемента: сверху рука, которая удерживает коленопреклоненную фигуру человека. Слева приведено современное начертание иероглифа инь. Красный знак не случайно показан на фоне панциря черепахи, поскольку древнейшая письменность служила в первую очередь для гадания, для чего использовались панцири черепах и лопатки баранов. Отсюда и ее название – цзягувэнь (букв. «надписи на панцирях и костях»). Время возникновения и развития – вторая половина правления династии Шан (XIV – первая половина XI вв. до н. э.) и ранний этап династии Чжоу (вторая половина XI – первая половина X вв. до н. э.). В современном Китае почерк цзягувэнь могут применять в рекламных целях

В период Чжаньго (475–221 гг. до н. э.) высшие чиновники в добавление к казенным знакам власти обзавелись и личными печатками. После объединения страны под властью Цинь Шихуанди, правителя первого централизованного китайского государства, и внедрения новой административной системы на места, вплоть до волостного уровня, была направлена целая армия управленцев, и каждый был снабжен небольшой бронзовой печатью.

При династии Хань (206 г. до н. э. – ​220 г. н. э.) даже была введена особая должность чиновника, ответственного за изготовление официальных печатей, которые для членов императорской семьи и высшей знати делались из золота или нефрита, а для чиновников – ​из бронзы. По мере расширения границ империи право выдачи печати получили также крупные администраторы на местах; в этих случаях надпись на щитке обычно не отливалась вместе с печатью, а вырезалась.

Ускоренное развитие бюрократического аппарата, характерное для имперского правления, а также значительный подъем ремесленного производства, контролируемого теми же бюрократами, требовали выпуска огромного количества печатей. И если в изготовлении служебных штампов прослеживаются определенные стандарты, то у более многочисленных личных печатей отмечается изрядное разнообразие.

Еще больше найдено керамических оттисков печатей, использовавшихся для того, чтобы заверять документы. Через отверстия в тыльной части таких оттисков пропускался шнурок, которым обвязывали свернутые деревянные или бамбуковые планки, служившие для написания большей части ханьских текстов.

С появлением документации на шелке и бумаге оттиски на глине могли использоваться и в качестве так называемых вислых печатей. Также все больше применялось прямое прикладывание печати с нанесенной на нее красной краской к поверхности документа.

Печать дяньского вана 5

В ходе экспансии империи Хань печати с указанными на них ханьскими титулами нередко выдавали наиболее успешным местным правителям. Государь, принявший такую печать от представителя императорского двора, становился его вассалом, причем зависимость могла быть как чисто номинальной, так и вполне жесткой. Значительное число печатей ханьского времени обнаружено на территории Юньнань-­Гуйчжоуского плато, в ту эпоху занятом племенами синаньи6 (юго-западных и). Но среди этих печатей только одна была золотой – знаменитая «печать дяньского вана».

Царство Дянь (Диен) возникло в районе юньнаньских больших озер на основе местных, вероятно австроазиатских, народов, создавших так называемую донгшонскую цивилизацию – ​древнейшую археологическую культуру бронзового века на территории Юго-­Восточной Азии (включая и Южный Китай).

Щиток золотой «печати дяньского вана», которая была вручена правителю царства Дянь в 109 г. до н. э. То, что иероглифы вырезаны, а не отлиты, может служить показателем того, что печать не вручалась в столице, а изготовлялась на месте по распоряжению какого-то крупного чиновника, возможно специального посланца императора. На задней стороне щитка печати – свернувшаяся кольцом змея

В становлении и падении Дяньского государства значительная роль принадлежала «пришельцам с севера». Сначала это были племена «всаднической культуры», подчинившие местных обитателей, вероятно, в IV в. до н. э. Затем, не позднее 276 г. до н. э., район вокруг оз. Дяньчи захватывают вой­ска царства Чу. Как сообщает в своих знаменитых «Ши цзи» («Исторических записках») великий историк Сыма Цянь (ум. ок. 86 г. до н. э.), командующий Чжуан Цяо, полагаясь на свои многочисленные вой­ска, объявил себя дяньским ваном, «сменил одежды, [начал] следовать местным обычаям и стал [полноправным] правителем».

Принесенная завоевателями чуская культура, продвинутая в художественном и технологическом аспектах, завершила формирование уникальной дяньской традиции, воплощенной прежде всего в сложнейших по содержанию и технике исполнения бронзовых изделиях – ​ритуальных донгшонских барабанах и ситулах (церемониальных сосудах в виде ведра), а также в оружии.

И наконец, третья волна завоеваний связана как раз с экспансией империи Хань, которая оккупировала территорию царства в 109 г. до н. э., – ​об этих событиях нам также сообщает Сыма Цянь. Поскольку правитель Дянь не оказал сопротивления, то был милостиво пожалован золотой печатью и оставлен на троне, хотя параллельно был создан округ Ичжоу во главе с ханьскими управленцами.

Личная бронзовая печать некоего Гэн Шэна, датированная периодом правления династии Западная Хань (II–I вв. до н. э.). Специалисты по каллиграфии считают, что стиль начертания иероглифов на этой печати полностью идентичен стилю надписи на «печати дяньского вана», что служит подтверждением датировки последней. Красная краска, покрывающая весь щиток, может указывать на то, что ее оттиск получали уже не на глине, а на шелке (бумага в тот период еще была редкостью). Впрочем, окраска могла закрепиться на поверхности и позднее, когда оттиски печати использовали для составления многочисленных каталогов. Справа внизу – глиняный оттиск «печати канцлера государства Дянь», который накладывался сверху на обвязку документа или подвешивался к нему на шнурке. Находка свидетельствует о том, что ханьская администрация утверждала не только правителя, но и главных чиновников вассальных государств

Поэтому можно понять радость китайских ученых, когда при раскопках богатейшего захоронения М6 в составе Шичжайшань, обширного могильника эпохи бронзы и раннего железа, расположенного вблизи оз. Дяньчи в Юньнани, они обнаружили золотую печать именно с той надписью, которая была указана в «Исторических записках»: «печать вана государства Дянь» (滇王之印). Это позволило, во‑первых, отнести к культуре и государству Дянь материалы раскопанного могильника. Во-вторых, благодаря многочисленным аналогиям к той же культуре были отнесены элитные захоронения, обнаруженные в Лицзяшань, Тяньцзымяо, Янфутоу и др. В-третьих, в очередной раз была подтверждена высокая надежность китайских летописей.

В Дянь установился режим протектората, на эпоху которого приходится, судя по находкам бронзовых изделий, наибольший расцвет дяньского искусства. Впрочем, продлился этот период не слишком долго: уже в период Восточной Хань (не позднее II в. н. э.) империя переходит к прямому управлению завоеванной территорией.

Об этом нам также свидетельствуют находки печатей, вернее, их керамические оттиски, найденные на большом (площадью около 316 га) древнем поселении Хэбосо, всего в 1 км от «царского» (ванского) кладбища Шичжайшань. Вероятно, именно там находилась столица царства Дянь, а затем, без заметного временного перерыва, и административный центр округа Ичжоу.

В ранних слоях этого поселения археологи обнаружили несколько керамических оттисков с печатей дяньских чиновников (например, «печать канцлера государства Дянь»), тогда как в поздних слоях – ​многочисленные оттиски печатей ханьских бюрократов разных рангов и практически никаких дяньских вещей.

Складывается впечатление, что уже лишенный власти последний дяньский ван забрал с собой в могилу все ценные вещи, прихватив и казенную печать, на что он по ханьским законам не имел права. Его примеру последовали и другие представители дяньской аристократии. В результате высокая культура Дянь перестала существовать. Традиция производства бронзовых барабанов, созданная в рамках донгшонской цивилизации, продолжала развиваться в других областях Южного Китая и Юго-­Восточной Азии, но уже без дяньских многофигурных композиций и наборов парадного оружия.

«Ван государства рабов из народа коротышек»

Но дяньская золотая печать не была единственной. Весной 1784 г. на о. Сакисима (префектура Фукуока) крестьянин по имени Дзимбэй, ремонтировавший канаву около рисовых полей, обнаружил в земле под камнями блестящий предмет, оказавшийся золотой печатью. О находке был составлен специальный отчет «Сякусё дзимбэй кодзёгаки» (Сообщение о крестьянине Дзимбэй), согласно которому конструкция из камней напоминала коробку, а верхний камень был таким тяжелым, что крестьяне смогли поднять его только вдвоем. Долгое время печать хранилась в коллекции самурайского клана Курода, управлявшего той территорией, но в 1978 г. ее передали администрации г. Фукуока и поместили в городской музей.

Печать и ее прорисовка с надписью «Ван государства На (народа) ва (империи) Хань». Рукоятка оформлена в форме змеи. Змея часто выступала как символ времени, поэтому заманчиво было бы увидеть в количестве кружков календарный смысл. Но для этого надо доказать существование трехсезонного календаря, который практиковали многие народы, но свидетельств о его использовании в ханьском Китае пока не выявлено. Реконструкция коробки для хранения печати. Экспонаты выставки «Страна На. Начало Фукуоки». Городской музей, г. Фукуока, 2015 г.

Печать состоит из тулова со щитком, на котором выгравированы иероглифы, и ручки в форме свернувшейся змеи, поднимающей голову вверх. В основании ручки есть отверстие, через которое пропускалась лента. Пять иероглифов на щитке составляют надпись: «Хань во ну го ван» (汉委奴国王; японское чтение «Кан ва на коку о:»), что означает «Ван государства На (народа) ва (империи) Хань».

В китайских хрониках население Японских островов упоминается как «народ во (ва)». Применительно к периоду Яёй (X в. до н. э. – ​III в. н. э.) китайские авторы описывают несколько государственных образований, среди которых фигурирует страна Ну (На), расположенная на севере о. Кюсю – ​третьем по величине острове Японского архипелага. По крайней мере, в хрониках говорится о его правителях, чиновниках, количестве домов в поселениях.

Зеркало из могильника Хирабару. Исторический музей Итококу, г. Итосима, преф. Фукуока. Реконструкция защитного вооружения воина периода Яёй. Музей культуры Яёй. Преф. Осака, г. Идзуми

В «Хоу Хань шу» («Истории Поздней Хань») содержится известие о посольстве, которое отправил в 57 г. н. э. один из его властителей в Китай: «Правитель государства Ну (На) восточных иноземцев во (ва) прислал послов и подношения». В ответ император Гуан У-ди пожаловал ему золотую печать в качестве инсигнии, знака власти и высокого статуса. В данном случае вассалитет явно носил номинальный характер, но полученный «царский» статус способствовал повышению авторитета правителя Накоку среди других вождей народа ва.

Неизвестно, когда и при каких обстоятельствах печать была утрачена; возможно, она была спрятана в критических обстоятельствах, по­рожденных междоусобными вой­нами. На сегодняшний день известно девять подобных печатей, самая западная была вручена ханьскими чиновниками правителям Кушанского царства (существовавшего в I–III вв. в юго-западных районах Центральной Азии), а самая восточ­ная – ​японскому правителю стра­­ны На.

Поверхность змеи на рукоятке печати украшена 125 кругами, имитирующими чешую. Сама печать почти квадратная, длина стороны составляет 2,37 см, высота – 2,23 см, вес печати – 108,7 г. Соотношение золота, серебра и бронзы в сплаве – 95; 4,5; 0,5 % соответственно

Попутно отметим, как им­перская идеология превосходства проявля­лась даже в транскрипции, которую великомудрые конфуцианские на­четчики подбирали для названий иностранных государств и народов. Так, иероглиф «ну» буквально озна­чает «раб», а иероглиф «во» – ​«коротышка, карлик». Так что в буквальном переводе надпись на печати означала: «Ван государства рабов из (народа) коротышек (империи) Хань».

При этом следует заметить, что реальная жизнь достаточно быстро вносила свои поправки, и обидные названия деэтимологизировались. Так, северные племена хунну китайские чиновники транскрибировали как «сюнну», что бук­вально означает «свирепые рабы». Но очень скоро искусные хуннуские всадники-­лучни­ки разгромили несколько хань­ских армий и чуть ли не взяли в плен самого Гао-цзу, основателя и первого императора империи Хань, доказав тем самым, что они, конечно, свирепые, но никак не рабы («Мы не рабы, рабы не мы»). Обидный смысл испарился, а этноним остался.

Щиток золотой печати с рельефной надписью, указывающей на ее изготовление в столице. Это подтверждают сведения летописи «Вэй чжи» о том, что печать была пожалована послам во время императорского приема. Карта, прилагавшаяся к отчету о находке печати вана государства Накоку. В верхней ее части приведен рисунок и оттиск этой печати. Экспонаты выставки «Страна На. Начало Фукуоки». Городской музей, г. Фукуока, 2015 г.

В начале I тыс. н. э. на севере о. Кюсю сложились крупные поселения, окруженные рвами, с примыкающими к ним могильниками, которые вполне могли выступать центрами объединения местного населения, что находит отражение в китайских летописях. Так, в хронике «Вэй чжи» говорится о стране Ну (На), которая имеет 20 000 дворов и которой руководит женщина-ван.
Со страной На или Накоку связывают археологический комплекс Сугу Окамото, расположенный на территории г. Касуга префектуры Фукуока. Комплекс занимает территорию протяженностью 2 км с севера на юг и 1 км с запада на восток.
Раскопки этого комплекса проводились в 1970–1990‑х гг. В результате было обнаружено более 300 погребений в урнах, деревянных и каменных конструкциях. Непосредственно рядом с погребальным комплексом найдено большое поселение с многочисленными жилищами, а также остатки рисовых полей в близлежащем местечке Итадзукэ.

Раскопки памятника Сугу Окамото. Экспонат выставки «Страна На. Начало Фукуоки». Городской музей, г. Фукуока, 2015 г.

Под самой крупной земляной насыпью археологи обнаружили погребение, где в большом кувшине вместе с погребенным находились свыше 30 бронзовых зеркал раннеханьского времени, бронзовые мечи, клевцы, наконечники копий. Кроме того, в Сугу Окамото найдено более 150 литейных форм для изготовления различных бронзовых предметов, что позволяет называть этот памятник технополисом периода Яёй. Подобные погребения – ​с большим количеством зеркал или оружия – ​считаются погребениями правителей, поэтому вполне возможно, что под насыпью в Сугу Окамото покоился один из правителей страны На.
Могилы правителей, обилие украшений, зеркал и оружия, обнаруженных здесь, дают основания искать на Кюсю и следы известного по различным историческим хроникам государства Яматай, которым управляла женщина-­правительница – ​легендарная Химико. Однако на сегодняшний день, при всей заманчивости такой гипотезы, мы не располагаем достаточными доказательствами, чтобы связать это государство с обладателями золотой печати, полученной от ханьских правителей

Так же и не менее свирепые, чем сюнну, японские пираты вскоре заставили считаться с «коротышками», и термин «народ во», или «вожэнь» (японское чтение вадзин), сохранился как простой этноним, а название «государство Ну» (Накоку) – ​как обычный политоним, обозначающий государственное объединение, утратив своей уничижительный смысл.

Сторожевая башня с жилыми домами – исторический парк Ёсиногари, где наиболее полно восстановлено поселение периода Яёй. Преф. Сага

В завершение нашего небольшого экскурса в историю Ханьской державы еще раз подчеркнем большое значение печатей в организации управления сопредельными территориями в эпоху ранних империй и их важную роль для исторических исследований.

Погребальные урны из могильника Сугу Окамото. Исторический парк Накоку, г. Касуга, преф. Фукуока

В дальнейшем, в эпоху Средневековья, когда окончательно оформляется мощный конфуцианский бюрократический аппарат, который, помимо прочего, помогал Китаю сохранять свою идентичность на протяжении столетий, значение печатей еще больше возрастает. Параллельно с официальными и личными экземплярами широкое хождение получают так называемые даосские печати, с помощью которых маги-фанши запечатывают всяческую нечисть, а также штампы с благопожелательными текстами, обильно уснащающие как свитки с картинами и каллиграфией, так и личную переписку (такие вот «смайлики» из Средних веков).

Личная печать-ханко и в современной Японии в официальных бумагах имеет приоритет над подписью. Считается, что «печатки вдвое эффективней собственноручных виз». А в процедуре принятия решений – ринги – очень важным оказывается положение ханко на рингисё – итоговом документе. «Если именная печатка поставлена прямо, это означает согласие. Если ханко повернута боком, обладатель печатки дает понять, что рингисё он прочел, но высказать мнение не может или не хочет. <…> перевернутая ханко, знак возражения».

В. Я. Цветов «Пятнадцатый камень сада Рёандзи»

Эти традиции продолжаются и в наши дни. Во многих учреждениях Китая и Японии служащий или клиент может оформить личную печать – ​на щитке только имя и фамилия, вырезанные в уставном стиле кайшу, – ​и использовать ее вместо личной подписи для заверения, например, банковских документов или даже избирательных бюллетеней. У японцев оттиски личной печати-­ханко считаются даже в два раза надежнее собственноручного автографа.

И, конечно, в обеих странах развивается само искусство резьбы печатей, которое становится одним из видов народных промыслов и прикладного искусства. Так, в 1999 г. в прекрасном г. Ханчжоу был открыт Музей сфрагистики, а в 2009 г. искусство гравировки печатей Китая внесено в Список нематериального культурного наследия человечества ЮНЕСКО.

Сотрудник Института археологии и этнографии СО РАН и автор нашего журнала М. А. Кудинова беседует с мастером по резьбе печатей на улице в г. Сиань. Провинция Шэньси, КНР

Но главное – ​то, что на улицах почти каждого китайского города, включая главную историческую улицу Ванфуцзин в Пекине (см. «НАУКА из первых рук», 2023, т. 95, № 3), можно увидеть мастеров-­резчиков, которые за считанные часы изготовят для заказчика самые сложные печати, подобрав для написания его имени и должности изысканные иероглифы стиля сяочжуань, введенного в практику императором Цинь Шихуанди почти 2250 лет назад! Таков удивительный пример сохранения древней традиции, запечатленной в веках.

1 Этимологический онлайн-словарь русского языка Шанского Н. М. // ΛΓΩ. Лексикографический интернет-портал: онлайн-словари русского языка. URL: https://lexicography.online/etymology/shansky/з/запечатлеть (дата обращения: 01.05.2024).

2 Этимологический онлайн-словарь русского языка Макса Фасмера // ΛΓΩ.Лексикографический интернет-портал: онлайн-словари русского языка. URL: https://lexicography.online/etymology/vasmer/п/печать (дата обращения: 01.05.2024).

3 Stamp // Wiktionary, the free dictionary. URL: https://en.wiktionary.org/wiki/stamp#Etymology (дата обращения: 01.05.2024).

4 Си [壐 // 词典网]. Иероглиф си // Словари онлайн. URL: https://www.cidianwang.com/shuowenjiezi/xi7676.htm (дата обращения: 01.05.2024).

5 Раздел подготовлен при финансовой поддержке Российского научного фонда, грант № 23-28-00820, https://rscf.ru/project/23-28-00820.

6 Синаньи (букв. «варвары юго-запада»). Этот термин используется в качестве обобщенного названия племен и племенных союзов, проживавших на территориях к юго-западу от центральных областей Китая.

Литература

Белозерова В. Г. Печати в китайской каллиграфии // Большая Российская энциклопедия: научно-образовательный портал. 11.07.2023. URL: https://bigenc.ru/c/pechati-v-kitaiskoi-kalligrafii-1a2a28 (дата обращения: 01.05.2024).

Лаптев С. В. Контакты древнего населения Японии с народами, проживавшими на территории Китая до VI в. н. э. М.: Изд-во Моск. гос. ун-та леса, 2003. 145 с.

Молодин В. И., Полосьмак Н. В., Комиссаров С. А., Азаренко Ю. А. Культура Дянь (Диен) как вариант донгшонской цивилизации // Развитие территорий. 2015. № 1. С. 6–12.

Соловьев А. И., Азаренко Ю. А., Комиссаров С. А. Ванфуцзин: история одной улицы // НАУКА из первых рук. 2023. № 3 (95). С. 48–77.

Сыма Цянь. Исторические записки (Ши цзи) / пер. с кит. и коммент. Р. В. Вяткина, А. Р. Вяткина, А. М. Карапетьянца, М. Ю. Ульянова, при участии С. И. Кучеры, В. В. Башкеева, С. В. Дмитриева, М. С. Королькова, М. С. Целуйко; под ред. А. Р. Вяткина. М.: Вост. лит., 2010. Т. 9. 623 с.

Fogel J. A. The Discovery of the Gold Seal in 1784 and the Waves of Historiography Ever Since // Journal of Cultural Interaction in East Asia. 2011. Vol. 2, iss. 1. P. 15–32.

Sun Weizu. Chinese Seals: Carving Authority and Creating History. San Francisco: Long River Press, 2004. 80 p.

Редакция благодарит авторов за подготовленные и предоставленные фото

В оформлении статьи использованы фото бронзовых фигурок из экспозиции Музея провинции Юньнань (г. Куньмин, КНР)

Понравилось? Поделись с друзьями!

Подпишись на еженедельную e-mail рассылку!