: 22.07.2026
Возрастное падение эффективности иммунной «санитарной службы» подстегивает старение
В поисках биологических механизмов, позволяющих замедлить старение, ученые обнаружили, что важным фактором этого процесса является взаимодействие иммунных клеток, и блокировка одного из гормональных рецепторов на «мусорщиках»-макрофагах способна продлить молодость тканей
Известный феномен клеточного старения предполагает, что стареющие клетки не только перестают делиться, но и начинают активно секретировать во внешнюю среду биологически активные вещества, негативно действующие на окружающие здоровые ткани, вызывая воспаление и преждевременное старение. Это относится и к нейтрофилам – наиболее многочисленным белым кровяным клеткам иммунной системы.
Нейтрофилы – главные клетки первой линии защиты организма от бактериальных, вирусных или грибковых патогенов. Живут они очень недолго – всего 12–24 часа. После этого около 90% «отживших» нейтрофилов оказываются в печени, селезенке и костном мозге, ожидая утилизации другими иммунными клетками – макрофагами.
У немолодого организма подавляющее большинство нейтрофилов, никогда не участвовавших в «боевых действиях», изнашиваются преждевременно. Для предотвращения неблагоприятных эффектов их необходимо оперативно удалять из организма, что и делают макрофаги. Среди последних различают несколько подтипов. Особое место занимают долгоживущие тканевые (резидентные) макрофаги, которые заселяют органы еще в процессе внутриутробного развития и остаются там навсегда, адаптируясь под нужды конкретной ткани.
Макрофаги – многофункциональные клетки: они непрерывно мониторят ткани в поисках патогенов и поглощают их, при необходимости выделяют сигнальные вещества, призывая на помощь другие клетки, и вырабатывают молекулы, помогающие восстанавливать повреждения. Но в первую очередь они «мусорщики», и большая часть собираемого ими мусора – отжившие свой срок клетки, в первую очередь нейтрофилы.
Однако со временем и сама эта клеточная «санитарная служба» приходит в упадок. С возрастом резидентные макрофаги также стареют, теряют эффективность и сами становятся источником провоспалительных сигналов.
Как известно, иммунные клетки вырабатывают гормоноподобные соединения простагландины, в том числе простагландин E2 (PGE2), который оказывает на клетку разное воздействие в зависимости от того, какой рецептор к нему имеется на ее поверхности. Так, в случае рецепторов EP2, обильно покрывающих поверхность резидентных тканевых макрофагов, возникает мощный провоспалительный сигнал.
С возрастом инфекции, травмы и токсичные соединения, накапливающиеся в стареющем организме, провоцируют избыточную выработку PGE2. Ситуация усугубляется тем, что одновременно растет и плотность рецепторов EP2 на макрофагах. Под этим двойным воздействием провоспалительное влияние PGE2 усиливается. Рецепторы EP2 начинают подавлять метаболизм и «санитарные» способности самих макрофагов, в результате чего стареющие клетки, включая многочисленные нейтрофилы, накапливаются в тканях.
Может ли блокировка в тканевых макрофагах рецепторов EP2 замедлить процесс старения? В поисках ответа на этот вопрос ученые из США и Германии создали мышей, у которых активность гена, кодирующего эти рецепторные белки в тканевых макрофагах, была избирательно снижена либо генетическим путем, либо с помощью фармакологических препаратов.
Эксперименты проводились на двух группах животных. В первую вошли мыши возрастом 6–8 месяцев, что соответствует позднему подростковому возрасту человека. Во вторую – особи в возрасте 23–25 месяцев, что эквивалентно возрасту 60+. Сравнение этих пожилых мышей с их ровесниками с «выключенным» геном, кодирующим EP2, показало, что у последних способность эффективно поглощать старые нейтрофилы восстановилась.
Более того, эти пожилые мыши выглядели моложе, стройнее и активнее контрольных. У них было меньше внутреннего висцерального жира и больше мышечной массы, ниже уровень воспаления в различных органах. Позитивные изменения наблюдались и в гиппокампе – области мозга, отвечающей за память и пространственную ориентацию.
В целом исследователи выявили в крови 71 белок, уровень которых у контрольных мышей значительно менялся с возрастом. Однако у их ровесников, лишенных рецептора EP2 в тканевых макрофагах, уровень 59 белков соответствовал молодому возрасту.
Как известно, на сегодня нет одобренных препаратов, избирательно подавляющих активность EP2. Есть нестероидные противовоспалительные препараты, способные блокировать выработку PGE2 и других простагландинов, но одновременно блокируется и множество их полезных эффектов.
Исследователи создали экспериментальный ингибитор EP2, который в течение двух месяцев вводили здоровым пожилым 22-месячным мышам. В результате общее число нейтрофилов и доля их стареющих форм снизились до уровня, характерного для молодых животных. Этот эффект был подтвержден и в экспериментах in vitro (в пробирке).
Анализ баз данных показал, что такие процессы в печени человека, как возрастное накопление нейтрофилов, снижение количества макрофагов и повышенная активность EP2, аналогичны таковым у мышей. Это дает основания считать, что подавление активности рецепторов EP2 без нарушения синтеза простагландинов открывает новые перспективы в борьбе с возрастными патологиями.
Фото: https://static.wixstatic.com
Публикации по теме:
Макрофаг многоликий и вездесущий
: 22.07.2026 
